— Можно без церемоний?
Имран Салманович показал рукой на стол, и я тут же вцепился в ароматную и теплую лепешку, которая буквально манила меня румяностью боков.
— Что ты как из голодного края? — чуть недовольно поинтересовался у меня Николай.
— Со вчерашнего дня не ел, — прочавкал я. — Стасу хорошо, он шпикачек натрескался, а у меня росинки маковой во рту не было.
— Твоя бывшая что-то о борще говорила, — уточнил Стас. — Свежесваренном.
Я только глазами хлопнул, пережевывая кусок мяса.
— Сам виноват, — обличительно заявил полицейский.
— Надо было сначала пожрать, а потом глупостями заниматься, вроде секса и войны.
Хозяин дома в наши разговоры не лез, помалкивал, ждал, пока мы наедимся. Даже улыбнулся пару раз."
"Судя по всему, конфликт можно было считать исчерпанным. Если он усадил нас за свой стол — это что-то да значит. Этот старик не из тех, кто сейчас с тобой хлеб переламывает, а через минуту голову продырявит. Цельный человек, сразу видно.
И я все правильно прикинул, так оно и оказалось.
— Я мог бы вам сказать о том, что сожалею о случившемся, — медленно, точно отмеривая каждое слово, произнес старший Арвен. — Мог, но не стану. Дело сделано, ничего теперь не изменишь.
— Это верно, — невесело усмехнулся Николай, который за все это время не съел ни крошки из той снеди, что лежала перед нами на столе.
— Но мне очень важно понять, как случилось все то, что случилось, — сдвинул брови старик. — Это было… Неправильно. Другого слова подобрать не могу. Нет, я сейчас не о вашей стычке с моими людьми, хотя и она, разумеется, является ошибкой.
Почему вышло так, что какой-то человек пришел в мой дом, сказал мне, что делать, и я его послушал? Когда я был вашим ровесником и часто думал чем угодно, только не головой, даже тогда никто не мог крутить мной, как пес хвостом. Скажите мне, кто это был. Я вижу, вы знаете ответ.
Я глянул на Николая, он на меня.
— Это плохой человек, — наконец ответил оперативник. — Он хочет смерти вот этим двум парням, и для достижения своей цели использовал вас.
— Гипноз? — уточнил Арвен. — Да?
— Что-то вроде, — признал Нифонтов. — Вроде того.
— Сильно «вроде», — приподнял бровь хозяин дома. — Я читал, что гипноз действует только тогда, когда сам гипнотизер рядом стоит. А я и потом, после его ухода, хотел этого мальчика убить, сердце ему вырвать собирался. Сегодня утром встал и думаю — откуда у меня такие мысли? Что творю, при чем тут этот Смолин? Потом узнал, что Темир с моими людьми уехал — испугался.
