А теперь держи меня

— Держи ключ от домофона, — Таран открывает бардачок и достаёт оттуда связку ключей. — Бери Рому и отправляйтесь за своим другом. Если там кто-то из людей Арчи или… Если что-то пойдёт не так, валите оттуда.

Егор ничего не отвечает, забирая ключи и поспешно покидая автомобиль. Я наблюдаю за тем, как парень переговаривается с водителем второго авто, а затем они вместе направляются к подъезду.

— У тебя есть кличи от всех домофонов? — неожиданно спрашивает Маша.

Её голос тих, и я даже вздрагиваю, совершенно забывая о том, что она сидит рядом со мной.

Сестра всегда была такой: умела превращаться в невидимку в компании и заставлять всех забывать о своём присутствии. Сама же она терпеть не могла, когда подобное происходило.

— Да, — помедлив, признаётся Андрей. — У меня есть ключи и от твоего домофона. От квартиры нет. Я в ней не был и камер там не оставлял, — парень смотрит в зеркало заднего вида.

Сестра бросает на Тарана уничтожающий, но до дикости безразличный взгляд, из-за которого даже у меня по коже вскакивают мурашки.

Так и кажется, что Маша вот-вот рванёт к парню и придушит его.

— Давайте поговорим об этом потом, — предлагаю я. — Когда будем в безопасности, ты всё нам расскажешь. В подробностях. Понял? И тебе не отвертеться.

Андрей пару секунд молчит.

— Я так и собирался сделать.

Тишина снова накрывает нас — я смотрю на окна домов, в некоторых из которых горит свет, и думаю о том, что никто из жителей даже не подозревают о наших проблемах. Живут себе спокойно, работают, учатся, смотрят сериалы и слушают музыку.

А нам что делать? В универ я уже не вернусь, в общагу тоже, а там остались все мои вещи и документы. Работа полетит к чертям. Интересно, когда мы перестанем появляться там, о нас будут беспокоиться? Звонить, пытаться найти… Маша вообще работает в военкомате, там от неё просто так не отстанут. Это же, вроде как, государственная служба.

Нас отправят в розыск как без вести пропавших? Наши лица будут в участках полиции, по городам будут развешены наши портреты. Или же Арчи подговорит копов и заставит их забыть о нас?

А как же наши родители? Им тоже угрожает опасность?

Я даже представить себе не могу, что будет дальше…

Двери подъезда открываются, и в поле моего зрения, наконец, появляются парни.

Егор направляется к нашей машине, а Рома к своей, неся на плече, словно мешок с картошкой, тело Матвея.

— Не хотел идти с нами, — пожимает плечом Шторм, садясь в авто. — Пришлось вырубить.

— В смысле, не хотел? — не понимаю я.

— В прямом.