А теперь держи меня

Здесь так красиво, что голова идёт кругом. Приятная живая музыка, вкусные напитки, еда, и синее шикарное платье с глубоким вырезом на спине.

— А куда вы дели мелких? — спрашиваю у сестры, пока остальные заняты своими разговорами.

— У нас мама Миши гостит, так что оставили ей, — хихикает та, чуть наклоняясь ко мне. — У неё отпуск, так что она неплохо с детьми помогает, — сестра делает голос тише. — А Миша уже запарил со своей новой командой. Вечно тусуется с ними и на игры выезжает.

У нас дома отдельная комната для пушек… Представляешь? Я ему говорю. Ну, Миш. Как бы повзрослеть надо. У тебя жена, дети, работа. Зачем тебе страйкбол…

— Слышь, сучка! — Кузнецов толкает её в плечо, видимо, услышав слова. — Ты ж сама в команде с нами…

Сестра делает невинный вид и подставляет ему щёку, постучав по ней пальчиком. Миша медлит, затем наклоняется и смачно скользит по коже своей жены языком вместо поцелуя, заставляя ту поморщиться и вытереть слюни.

— Тварь, — улыбается Маша, смущенно перебирая подол платья.

Я смеюсь: наблюдать за ними сплошное удовольствие. Каждый раз поднимается настроение, даже если день не задаётся с самого утра. Вот они, самая счастливая парочка на всём белом свете.

— Так, народ! — голос Егора заставляет всех обернуться. — Моя очередь дарить подарок.

Шторм в чёрных брюках и в такой же рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами в своём инвалидном кресле смотрится немного странно, но до дикости привлекательно.

Я улыбаюсь, нетерпеливо возясь на стуле и не зная, что лучше сделать: встать или же подойти к любимому.

Егор рывком сдаёт назад и подъезжает к огромному окну.

— Иди сюда, женщина, — шутливо улыбается парень.

Я ставлю бокал с вином рядом с тарелкой и поспешно поднимаюсь, смущённо осматривая присутствующих. Все внимательно наблюдаю за нами, любопытно поглядывая то на меня, то на Штормова. Что же он мне подарит? Может, какое-то украшение? Или же книгу? Давно хотела что-нибудь почитать, да всё времени нет.

Но это всё какие-то мелочи… Не будет же Егор на глазах у всех дарить мне подобные безделушки. Это должно быть нечто особенное, невероятное… Эх, и размечталась же я!

Нетерпеливо приплясываю на одном месте, а сердце бьётся так быстро-быстро, что уже готово выпрыгнуть из груди и пуститься в пляс. А Егор всё сидит и смотрит на меня с довольной улыбкой снизу вверх.