А вот и я, дракон!

Я проследила взглядом в нужном направлении и… окончательно проснулась, увидев нечто невероятное. На манекене висело сказочной красоты платье. Белое, с открытым верхом, без бретелек. Шелковый верх, широкий пояс, расшитый ненавязчивым золотым орнаментом и пышная газовая юбка, усыпанная объемными золотыми цветами. Рядом, на пуфе, лежали длинные белые перчатки.

– Волосы соберем вверх, выпустив локоны по бокам, – продолжила размышлять леди Кейд, глядя на меня. – На шею нить жемчуга. В руки небольшую золотую сумочку.

В нее уберешь кулон-каплю, пусть будет при тебе. Ну и, конечно, завершит образ золотая маска.

– Зачем маска? – опомнилась я.

– Потому что новогодний бал традиционно носит характер маскарада, – ответила Лейла Кейд. – Ну же, поднимайся, деточка. Пора примерить это произведение искусства. Красота требует мужества и сил.

Впервые за долгие годы дракон во мне метался и рвался наружу.

Хотелось перекинуться и улететь в небо, чтобы выплеснуть накопившееся внутри. Там все еще болело от ужаса. Когда Велава упала, время остановилось, обещая вечные муки и воспоминания о той конкретной минуте.

Когда не уследил. Когда недосмотрел.

Сказалась беспечность, в которой я погряз, наслаждаясь общением с едва знакомой девушкой. Чем больше времени мы проводили вместе, тем сильнее мне хотелось увидеться снова. Любоваться улыбкой Велавы. Смотреть, как она деловито поправляет очки, пряча за этим жестом смущение. Наблюдать за тем, как горят от восторга ее глаза, когда удается удивить. Или когда слышит от меня комплименты…

Теперь я знал, как происходит столкновение с судьбой, и начал понимать, почему драконы, встретив однажды истинную пару, разрывают крепкие сложившиеся отношения.

Просто иначе уже нельзя, ты словно натыкаешься на продолжение себя, от которого невозможно сбежать. Встретился – и понял, что раньше не был цельным.

Отказаться от такой пары, созданной специально для тебя, физически больно.

Вот и Велава… Она вбежала в мою размеренную жизнь, улыбнулась и затмила собой всё, словно говоря: «А вот и я, дракон.

Попался».

Попался – да. Потому что истинность любви – своеобразная ловушка. Вместе с ней пришел страх, которого я прежде не знал. Даже не подозревал о подобном. И, что самое жуткое, отбросить этот страх не представлялось возможным. Он шел в комплекте со счастьем обретения идеальной половины.

Мне предстояло научиться жить дальше, привыкнув не только к желанию отодвигать дела ради встречи с Велавой, но и к постоянной тревоге за нее.