Ааргх. Трилогия

А если я пообтешу его хотя бы недельку в столице, то он достойно предстанет и перед самим Императором!

— Мой дядя — главнокомандующий сухопутными войсками Империи!

— Я не знаю всего, но… Именно в столице решатся ваши судьбы, и, если мои гадания верны, ни ты, ни он не вернетесь оттуда.

— Или изменитесь. Но эти изменения могут быть необратимей, чем сама смерть.

— Но пока это лишь ваши предчувствия?

— Да, не более того…

Ага, когда так говорит ведьма, обладающая весомым авторитетом в своей среде, то к любому ее слову стоит прислушиваться.

Это доверять ей не стоит, она, как и все в их общине, может всерьез заботиться только о своих узких интересах. Даже интересы клана не в счет, ради власти или выгоды ведьма не задумываясь предаст всех и вся! Поэтому всегда полезнее дать ей понять, что вы сражены ее предсказанием в самое сердце, жаждая и впредь внимать ее глубоким советам. Тогда есть шанс, что она сочтет вас легкой добычей, перестанет брать в расчет, потеряет бдительность и проколется. А хорошо выкованный меч одинаково рубит и аристократический камзольчик, и ведьмовской плащ…

Сон подкрался незаметно, как хнара. Вот вроде бы только-только тихо слушал, как Эшли шепчется с Верховной, а почти в ту же минуту к нашему биваку подошел мамонт и заговорил со мной человеческим голосом. Дословно не припомню (спал!), но общий смысл вроде бы в том, что он не тот, за кого себя выдает и кем кажется. Это все иллюзии, а на деле он — мотылек! Крохотный, с прозрачными крылышками и ножками, а зовут его Йозеф, и живет он себе в столице.

Какого он поперся в наше Приграничье, никому неизвестно…

Но, видимо, его привлек свет лампы, которую я почему-то забыл задуть, уходя из дома. А маме вообще такими мелочами заниматься некогда, она с непонятного перепоя печет тортик для Императора! Он, видите ли, кремовых не ест, бережет фигуру, ему надо нежный, с взбитыми сливками. О, если бы его величество знал, что мы, ааргхи, сбиваем сливки прямо в корове… То есть трясем ее до тех пор, пока из тугого вымени при малейшем нажатии не пойдет плотная струя взбитых сливок на вовремя подставленный торт!

Проснулся утром, с четким осознанием самого невероятного бреда, снившегося мне этой ночью.

Бодрый граф Эльгенхауэр на предрассветном ветерке делал фехтовальные выпады и приседания с рапирой. Ведьмы нигде видно не было, значит, ушла в харчевню за обещанным супом.