Абандон. Брошенный город

Он направляет Джорджа вперед, через глубокий снег между хижинами с декоративными фасадами, и, увидев, что привлекло его внимание, шепчет:

– Ну и дурень же ты старый!

Это всего лишь снеговик – тонкие ручки из еловых веток, сосновые шишки там, где должны быть глаза и рот, а на голове венок вместо короны.

Погонщик натягивает поводья, поворачивает Джорджа к городу и внезапно изумленно выдыхает:

Он опускает голову, пытается унять гулко заколотившееся в разреженном воздухе сердце. Потом поднимает голову – девочка, на которую наткнулся его взгляд, все там же.

Ей шесть-семь лет, она бледна, как призрак, и стоит в каких-нибудь десяти футах от него. У нее черные, как паровоз, волосы и под стать им угольные глаза – темные, радужки почти сливаются со зрачками и напоминают два мокрых камешка.

– Ну и напугала ж ты меня! – охает мужчина. – Что ты делаешь здесь, совсем одна?

– Не надо, не бойся. Я не бука. – Брейди спешивается и идет к ней через снег. На ногах у нее снегоступы, и она проваливается в снег всего на фут, погонщик же тонет по пояс, и получается, что они как будто одного роста.

– Ты как? – спрашивает он. – Я уже не думал, что кого-нибудь здесь застану.

Снежинки в волосах девочки похожи на белое конфетти.

– Все ушли, – говорит она без всякого выражения, без слез, просто констатирует факт как он

– И даже твои папа и мама?

– А куда они ушли? Можешь показать? – продолжает расспросы погонщик.

Девочка отступает еще на шаг. Засовывает руку под серую шерстяную кофту. Одинарного действия армейский револьвер – оружие тяжелое, и в детской ручонке он комично клюет дулом вниз, поэтому она держит его, как винтовку.

Ошарашенный, Брейди только смотрит, как малышка возится с курком.

– Так и быть, я вам покажу, – говорит она. Курок взведен, дуло смотрит на Сайкса, пальчик на спусковом крючке.

– А теперь постой. Подожди… – пытается он успокоить ее.

– Это не игрушка. Его нельзя направлять на людей. Это чтобы…

– Убивать. Знаю. И вам сразу станет легче.

Брейди пытается придумать, как бы уговорить девчушку отдать ему револьвер, но слышит выстрел и рикошетом разбегающееся по каньону эхо, и обнаруживает, что лежит на спине, окруженный снежными стенами.

В овале серого зимнего неба появляется и смотрит на него сверху вниз детское лицо.

– Оно сделало дырку у вас в шее, – сообщает ему ребенок.

Он хочет сказать ей, чтобы отвела в конюшню Джорджа и мулов, чтобы накормила их и напоила. После всего, что им выпало сегодня, уж это-то они, по крайней мере, заслужили.