Абель

На мне столько отметин и порезов от ранений, что не сосчитать, но эта боль не шла ни в какое сравнение с тем, что я испытывал, получая очередную дырку в теле.

Ну, и в чем же, бл*ть, была ее вина? Разве знала она, как я хотел от нее детей, как мы хотели детей? Разве знала, что месяцы безнадежных обследований и ожиданий я успокаивал ее, обещал, что все обязательно будет, а сам не меньше маялся, устремив все свои силы в одну цель? Уйти от преступности. Дать шанс своим детям на нормальное будущее.

В какой-то степени я даже рад, что именно в тот момент случилась эта гребаная погоня.

Не нужно ей было видеть мою истинную реакцию… Я впервые ощутил, что могу потерять не только ее тело, но и душу! И этот страх липкой субстанцией обволакивал меня с того дня, не давая нормально мыслить и действовать.

А очень скоро мне предстояло узнать, что все еще паршивей, чем я только мог предположить. Амнезия оказалась с сюрпризом! Гандон, с которым мои счеты давно были уравнены три долбаных года назад, каким-то образом оказался в маленькой голове моей Элии.

Это был окончательный гвоздь, который практически сложил меня пополам. И самое говеное – я этому утырку и предъявить ничего не могу! Хотя кулаки так и чесались разыскать этого высокомерного ублюдка и по старой памяти намять бока. Но мне ничего не оставалось, кроме как засунуть поглубже свои ярость и недовольство, пока они в итоге не вылились в одержимость. Моим отравленным разумом завладела одна мысль – Элия моя! Была, есть и будет! Нравится ей это или нет, но придется с этим смириться.

Как помешанный собственник я не мог совладать с собой, хотя и понимал прекрасно, что она этого не заслуживает. Я честно пытался держаться подальше, да только ни хрена не вышло… Пробки вылетели, свет погас, и я сделал то, что хотел сделать!

Стало ли мне лучше? Хер там."

"Сам себя извел и ей нормально вздохнуть не дал. И я бы окончательно впутался в сложности наших отношений, если бы весь этот коктейль последних событий не разбавило наступление неожиданных ублюдков на пятки.

Слишком быстро все произошло.

Уже не было речи о чувствах или выборе. Все само расставилось по местам. Это моя война, и она с неожиданного захода коснулась моей семьи. Коснулась ее. А значит, я потерял контроль, и больше не имел права поступать в своих интересах.

Прости меня, сын. Прости меня, Элия.

* * *Этот вылизанный до блеска мудак заявился ко мне в клуб так уверенно, будто точно знал, когда и в каком окружении я буду на месте.