Абсолютная власть

– Покойная миссис Салливан имела привычку носить с собой нож?

Вместо ответа Сет хлопнул себя ладонью по лбу с такой силой, что Саймон вздрогнула. Она изумленно проводила взглядом, как следователь бросился к ночному столику и схватил с него фотографию. Затем, тряхнув головой, протянул фотографию Саймон.

– А вот и чертов нож.

Лора посмотрела на снимок. На нем на ночном столике лежал длинный нож с кожаной ручкой для разрезания конвертов.

– Кожа объясняет наличие следов масла на ладонях.

Фрэнк задержался у входной двери. Посмотрел на панель охранной системы, восстановленной до рабочего состояния. И улыбнулся, так как неуловимая мысль наконец вынырнула на поверхность.

– Лора, у тебя в машине есть флуоресцентная лампа?

– Будь добра, принеси ее.

Озадаченная Саймон отправилась выполнять его просьбу. Вернувшись в прихожую, она включила лампу в сеть.

– Посвети на клавиатуру.

То, что открылось во флуоресцентном свете, заставило Фрэнка снова улыбнуться.

– Черт побери, это очень хорошо.

– Что это означает? – Саймон наморщила лоб.

– Это означает две вещи. Во-первых, определенно был помощник внутри, а во-вторых, наши преступники очень изобретательны.

Фрэнк сидел в маленькой комнате для допросов. Он подумал было о том, чтобы выкурить еще одну сигарету, но затем остановился на жвачке с клубничным ароматом. Обведя взглядом стены из шлакоблоков, дешевый стальной стол и потрепанные стулья, следователь решил, что это очень унылое место.

Что было хорошо. Люди в подавленном состоянии становятся уязвимыми, а уязвимый человек при правильном нажиме начинает говорит. А Фрэнк хотел слушать. Он готов был слушать хоть целый день.

Дело по-прежнему оставалось крайне туманным, но определенные элементы начинали прорисовываться.

Бадди Будизински по-прежнему жил в Арлингтоне. Теперь он работал на автомойке в Фоллс-Черч. Будизински подтвердил, что он бывал в доме Салливанов и читал об убийстве, но больше ничего не знал.

И Фрэнк был склонен ему верить. Этот человек не отличался особой сообразительностью, не имел в прошлом нелады с законом и всю свою взрослую жизнь зарабатывал на жизнь неквалифицированным физическим трудом – несомненно, вследствие того, что окончил всего пять классов. Жилище его было скромным, если не сказать бедным. Будизински был тупиком.

Роджерс же, напротив, оказался самой настоящей сокровищницей.