Абсолютная власть

На следующий день после того, как пуля оборвала жизнь Лютера Уитни, Сет установил местонахождение Салливана в момент убийства, хотя он и не питал иллюзий насчет того, что старик сам нажал на спусковой крючок оружия, отправившего Лютера Уитни в лучший мир. Но заказное убийство – очень мерзкая штука, и хотя следователь, возможно, и понимал мотивацию миллиардера, оставался тот факт, что убил он, скорее всего, невиновного человека. Последний разговор с Салливаном не дал никаких ответов и породил еще больше вопросов.

Опустившись в кресло, Сет Фрэнк задумался, закончится ли для него когда-либо это кошмарное дело.

Час спустя Салливан позвонил в местную телестудию, контрольный пакет акций которой принадлежал ему. Его просьба была краткой и точной. Через час ему домой доставили посылку. Как только сотрудница телестудии вручила ему сверток, Уолтер выпроводил ее, закрыл и запер на ключ дверь в комнату, в которой находился, и нажал на маленький рычаг на стене. Бесшумно опустилась маленькая панель, открывая навороченный музыкальный центр.

Позади бо́льшую часть стены занимал созданный по последнему слову техники домашний кинотеатр. Кристина Салливан как-то увидела его в гламурном журнале и заявила о том, что ей просто необходимо иметь такой же, хотя ее вкусы в домашнем видео варьировались от порнографии до мыльных опер, а ни то ни другое ни в коей мере не требовало электронных мускулов огромной системы.

Аккуратно развернув кассету, Салливан вставил ее в магнитофон; дверца автоматически закрылась, и началось воспроизведение.

Уолтер слушал несколько минут. Когда он услышал эти слова, на его непроницаемом лице не отразилось никаких чувств. Он заранее ожидал услышать то, что услышал. В разговоре со следователем он откровенно солгал: память у него оставалась превосходной. Если б зрение хоть вполовину было таким же хорошим! Ибо он был слеп к реальности. Чувством, которое наконец проникло в непроницаемую складку его губ и темно-серые проницательные глаза, был гнев. Такого гнева он уже давно не испытывал. Даже в связи со смертью Кристи. И снять этот гнев можно было только действием. А Салливан твердо верил в то, что первый залп должен стать и последним, поскольку или ты расправишься со своими врагами, или они расправятся с тобой, а он не привык терпеть поражение.

Похороны прошли в скромной обстановке; помимо священника, присутствовали всего трое. Потребовалось принять чрезвычайные меры предосторожности, чтобы избежать непременного нападения полчищ журналистов.