Абсолютная власть

Если сумма была большой – а я в этом уверен, – объяснить это не удастся. Так что улика попадает в самое яблочко. Лютер подловил своих врагов на их же собственном переводе.

– Джек, мне как раз пришла в голову еще одна мысль. Если Уитни собирал улики против этих людей, он намеревался сдаться полиции. Просто прийти и предоставить себя самого и свои доказательства.

– Вот зачем ему был нужен я. Но только эти люди оперативно использовали Кейт, чтобы обеспечить его молчание. Ну а потом эту проблему окончательно разрешила пуля.

– Значит, Уитни собирался сдаться?

Фрэнк потер подбородок.

– Знаешь, что я подумал?

– Лютер все предчувствовал, – без промедления ответил Джек.

Первым заговорил Сет, тихим голосом, почти шепотом:

– Уитни знал, что Кейт – это ловушка. И все равно пришел. А я считал себя таким хитрым, твою мать!..

– Возможно, он рассудил, что только так и сможет еще раз увидеть дочь.

– Проклятье! Я знаю, что этот тип зарабатывал на жизнь воровством, но, должен тебе сказать, мое уважение к нему растет с каждой секундой.

– Я понимаю, что ты хочешь сказать.

Включив передачу, Фрэнк тронулся.

– Ну хорошо, и что нам дают все наши умозаключения?

Покачав головой, Джек улегся на заднем сиденье.

– Я хочу сказать, до тех пор пока у нас нет никаких мыслей насчет того, кто это, я не знаю, что мы можем сделать.

– Но у нас есть ниточки! – взорвался Джек. И тотчас же бессильно опустился на сиденье, словно вся его энергия ушла на этот порыв. – Просто я не вижу в них никакого смысла.

Какое-то время они ехали молча.

– И что, бросить Кейт на произвол судьбы? Если мы не пригвоздим этих ребят, что ей светит? От десяти до пятнадцати за соучастие? Нет, Сет, об этом и думать нечего. Скорее мне поджарят задницу, чем я допущу такое.

– Ты прав. Извини, что заговорил об этом.

Фрэнк бросил взгляд в зеркало заднего вида, и в этот самый момент ехавшая впереди машина вдруг без предупреждения сделала разворот. Сет резко затормозил, седан занесло, и он врезался в бордюрный камень. Номера штата Канзас на машине, в которую они едва не врезались, быстро скрылись из вида.

Грэм прижимался лицом к стеклу. Он был в сознании; больше того, его взгляд был пристально сосредоточен на чем-то.

Оглянувшись на следователя, тот снова прильнул к стеклу. У Фрэнка мелькнула мысль, что от резкого толчка его друг лишился рассудка. Он машинально ощупал голову Грэма на предмет ссадин, но тот остановил его и указал в окно. Фрэнк посмотрел в ту сторону.

Даже его закаленные нервы дрогнули.