Онлайн-библиотека книг
Мастер, забыв об осторожности, летел по встречной полосе, неистово сигналя и моргая дальним светом. Несмотря на снег, он резко крутил рулём, объезжая неторопливые ночные фуры и рейсовые автобусы.
– Дэн, а тачка-то огонь! Управление на пять с плюсом!
– Ну… Если что… Заберёшь себе. На память…
Алиса затрясла головой:
– Замолчи! Всё будет хорошо! Понял?!
– Да, – Морок потянулся рукой к Алисе. – Прости, что втянул тебя… Заставил… Пройти через… – договорить практически не было сил.
– Извинишься потом. Я из-за тебя человека убила.
– Милая… Я хоть сейчас… – он улыбнулся, но вместо смеха выдал только пару болезненных хрипов. – Не… Не своди… – Денис прикоснулся к шее Алисы, не видя свой позывной, но точно зная, что он надёжно спрятан за её золотистыми волосами и бьётся вместе с пульсом.
– Не буду. Теперь я без него не имею смысла. Ничто не имеет…
* * *
Алиса не дыша стояла у дверей, через которые четверть часа назад пронеслась каталка с истекавшим кровью Денисом.
– Где он?! Алиса! Где Дэн?! – в приёмный покой влетели Дима, Арчи, Аня и Саша.
– Тихо, – притормозил их Вова. – Его оперируют.
– Как он? Как вы вообще успели?
– Мне кажется, его машину теперь проще продать. Московские камеры нащёлкали нас миллиона на полтора рублей.
– Пфф… копейки, – Сокол пытался шутить, лишь бы не думать о самом страшном.
Арчи подошёл к Алисе:
– Привет. Ты как?
Она его не слышала.
– Эй… Алис.
– А? Ммм… Привет.
– Ты в порядке?
– Что? Как я могу…
Арчи покачал головой:
– Я не про это. Тебя не задело?
– А… Нет.
– Чёрт бы подрал старого козла. Надо было его прикончить сразу.
– Ты его ранил?
– И не только. Он по всем без разбора палил, будто намеренно хотел пулю поймать.
– Алиса! – Аня подбежала и крепко обняла её, рыдая от напряжения.
– Всё хорошо…
– Пойдём присядем.
– Не хочу…
– С ним всё будет хорошо, а тут ты ему никак не поможешь.
– Нет.
– Ань, пойдём, – Арчи увёл её к остальным, и Алиса снова осталась в одиночестве.
– Пожалуйста… – она обхватила себя руками, прислонилась к стене и медленно сползла на пол. Слёзы ужаса, усталости и отчаяния медленно текли по щекам, смешиваясь с засохшей на её коже кровью Дениса. Чувства превращались в слова, слова складывались в шёпот молитв.
