Онлайн-библиотека книг
Реальный мир никогда не был безопасным и честным. Во все времена творились жестокость и несправедливость.
Алиса нахмурилась:
– Я наивная дурочка, да?
– Ты наивная, но совсем не дурочка. Нас всех так воспитывали: в стремлении к миру и благости. Но суровая взрослая реальность без сожаления разбивает наши хрупкие идеалы в один миг.
Допив чай, Алиса охнула:
– Ты умял целую огромную пиццу!
Денис хмыкнул:
– В последний раз я ел около полудня. Просидел весь вечер в подъезде. И полчаса назад занимался сексом. Как думаешь, сколько я должен есть, чтобы подкармливать свои натренированные сто килограммов?
– Да уж…
– А ты? Не притронулась совсем…
– Нет аппетита.
– По тебе видно.
Алиса убрала пустую коробку из-под пиццы и снова села на место.
– Почему именно Морок? Ложь и обман?
– Сокрытие пути к Правде от недостойных.
Она недоумённо уставилась на Дениса.
– Если вкопаться в славянскую мифологию чуть глубже, чем в первые три строчки определения, можно узнать много интересного.
– М… Понятно, – Алиса промямлила еле слышно.
– Ты всё ещё грустишь по нему?
– Нет, я грущу по осколкам своей жизненной парадигмы. В последнее время так много всего случилось…
Денис придвинул свой стул ближе к Алисе.
– Сколько тебе лет?
– Двадцать три. Ну… Почти двадцать четыре.
Он улыбнулся.
– Поверь, твоя парадигма ещё не раз изменится в следующие десять лет.
– Да? А тебе сколько?
– За неделю до осколка в боку мне исполнилось тридцать два.
Алиса закрыла глаза.
– Может быть, в твою обновлённую парадигму даже я впишусь?
– В смысле?
– Ты, надеюсь, не думала, что я сегодня приехал к тебе, чтобы больше ни разу не вернуться?
Алиса заморгала и замотала головой:
– Я сегодня, кажется, вообще не думала…
Денис напряжённо провёл ладонью по своим волосам:
– Мне не повезло оказаться тут в разгар твоей сердечной драмы.
– Что? Нет…
– Да, фея. Ты плакала тут из-за своего бывшего парня, и уже через полчаса безоглядно отдавалась незнакомцу.
– Ты не незнакомец…
– Я был утешением. Я это знаю. Не спорь, пожалуйста. Я никого ни в чём не обвиняю. Но изначально я ехал к тебе не с таким сценарием. Поэтому мы поступим вот так… – он взял телефон Алисы и аккуратно приложил её палец к кнопке блокировки, а потом вбил свой номер в телефонную книгу. – Если решишь, что готова принять меня в свой хрупкий мир жизнелюбия и справедливости, напиши. Если не сможешь, я расстроюсь. Но переживу.
