Онлайн-библиотека книг
Наяву ли все это?
Внезапно он с отвращением увидел как бы со стороны свое одурманенное наркотиками тело, лежащее в нумерованной палате Академии, в то время как дух его невесть где сражается с тенями.
Я вполне нормален! В минуту полного просветления Фирмен понял, что надо бежать. Не его удел - бороться с призрачным противником. Надо вернуться в настоящий мир. Status quo не будет длиться вечно. Что же станется с человечеством, из которого вытравили силу, инициативу, индивидуальность?
Из Академии никто не выходит? А вот он выйдет! Фирмен попытался вырваться из-под власти наркотического бреда, он почти ощущал, как ворочается на кушетке его никому не нужное тело, как он стонет, заставляя себя встать.
Но призрачная жена схватила его за руку и указала вдаль. Призрачный пес зарычал на надвигающегося противника.
Мгновение было безвозвратно упущено, хотя Фирмен этого так никогда и не понял. Он позабыл о своем решении вырваться, позабыл о земле, позабыл о правде, и капли росы окропили его ноги, когда он ринулся в жестокую схватку с врагом.
Жертва из космоса"
"Хэдвелл пристально смотрел на планету. Радостная дрожь пробежала по его телу. Это был прекрасный мир зеленых полей, красных гор и беспокойных серо-голубых полей. Приборы быстро собрали необходимую информацию и доложили, что планета пригодна для жизни человека.
Хэдвелл вывел корабль на орбиту и открыл свою записную книжку.
Он был писателем, автором книг ""Белые тени астероида Белта"", ""Сага глубокого космоса"", ""Записки межпланетного бродяги"" и ""Терира - планета загадок!""
Он записал в свой блокнот: ""Новая планета, манящая и загадочная, находится прямо передо мной.
Ричард Хэдвелл был худым, бледным, рыжеволосым молодым человеком высокого роста. От отца он получил в наследство порядочное состояние и приобрел Космическую Шхуну класса Дубль-Си.
Хэдвелл заметил, что все туземцы - неимоверно глупые, уродливые грязные дикари, их пища - невыносима, а о каких-либо манерах не могло быть и речи. Но, несмотря на это, Хэдвелл писал романтические произведения и надеялся их когда-нибудь напечатать.
