Ад, или Александр Данилов (СИ)

Завтра мы вместе идём в ЗАГС и оформляем документы на Дашу — все издержки, я беру на себя. В свидетельстве о рождении ты указываешь меня отцом, Даша получает моё отчество и фамилию.

Соня невольно улыбнулась, всё складывалось не так уж и плохо. За последнее время она привыкла к Олегу. К тому же он человек состоятельный — чем не партия. Хочет быть отцом Дашки, так и пожалуйста. Если они не смогут ужиться вместе, можно алименты стребовать немаленькие. Всё польза. Соня смотрела на Олега, совершенно не слушая, думала лишь о том, что он много старше её, и всё представляла себя с ним в одной постели.

— Ты сможешь навещать дочь, когда захочешь, — вдруг поймала она окончание фразы.

— Как навещать? Где? — Соня недоумевала.

— У меня дома. Ты не слушаешь совсем? — удивился Олег.

— Извини, я задумалась, твоё предложение немного неожиданно, — растерянно ответила она.

— Почему? Ты не заметила, что я очень привязан к Даше? Соня, я гораздо лучший отец ей, чем ты — мать. Я люблю её, в отличие от тебя, да и к её рождению приложил руку в самом прямом смысле.

Крыть оказалось нечем: в словах Олега была правда, отрицать которую Соня не собиралась. И она согласилась, посчитав, что со всем разберётся по ходу дела.

Проснулась Соня ближе к обеду. Потянулась, глянула время на электронных часах и улыбнулась сама себе, ощущая неповторимый кайф от того, что есть возможность поваляться в кровати, да и вообще встать только тогда, когда организм целиком и полностью выспался. Ни тебе вечно орущего ребёнка, ни престарелой тётки-злыдни, диктующей свои правила.

Вот уже не одну неделю Соня жила одна в квартире, которую снял для неё Олег.

Да, его условия она приняла безоговорочно. А что там было не принять? Для Сони абсолютно всё было выгодно: он обеспечивает её жильём вплоть до того момента, как будет построен дом и она сможет въехать в свою квартиру, помогает с трудоустройством, а пока даёт деньги на жизнь. Но главное, он забрал девчонку!

Соня аж вздохнула свободно…

А ведь она мучилась, пытаясь понять, почему не испытывает к девочке той сумасшедшей материнской любви, о которой так много говорили окружающие.

К тому же материнских прав её не лишили, и возможность видеться с дочерью у неё осталась. Вон, своеобразный день рождения Дашки — четыре месяца — они вместе с Олегом отмечали.