Ад, или Александр Данилов (СИ)

Специально именно там, чтобы в случае чего рядом находились врачи и оказали помощь. Даже в тот момент он думал о её чувствах, но зря — Соня равнодушно согласилась. Вот тогда-то у Кирилла глаза открылись окончательно: она его никогда не любила, ей с ним просто было удобно.

И именно тогда он испытал настоящую боль, но она была нужна, чтобы наконец-то начать свою жизнь с чистого листа.

К счастью, развод прошёл тихо и цивилизованно, без скандалов и грязного дележа имущества. За это, наверное, стоило бы сказать Соне спасибо, но Кирилл прекрасно понимал, что сложись обстоятельства по-иному, не имей она планов на Данилова — всё вышло бы не так гладко.

«Интересно, а куда она дела ребёнка? — пришла в голову неожиданная мысль. — Надеюсь, с ним всё нормально». Вот к кому-кому, а к ребёнку Сони он не испытывал негатива, его было жаль. Хорошо, если бы малыша забрал отец — Данилов сможет вырастить и воспитать достойного человека.

Кирилл очень удивился бы, узнай, какая Санта-Барбара случилась совсем недавно. И, наверное, обрадовался бы, что всё так произошло.

Но он ничего не знал и просто наблюдал, как его бывшая жена усаживается в машину, бросая горделивые взгляды в сторону кафе.

«Зря стараешься, Соня, — мысленно ответил на них Кирилл, — я уже нашёл своё счастье».

Он отвернулся от окна и взял за руку Лану.

— Знаешь, я тут подумал, что надо бы поискать другое место, а то здесь как-то неуютно стало. — И про себя добавил: «А призраки пусть остаются в прошлом».

Почти вся ночь ещё была впереди. Данилов вышел из операционной, выпил очередную кружку кофе и, прежде чем засесть за историю болезни, отправился на улицу, воздухом подышать.

Весна была в самом разгаре. Молчаливая луна, застрявшая где-то в безбрежной выси, почти не освещала землю. Лишь небеса да редкие облака довольствовались её тусклым светом, а деревья, возвышавшиеся над забором, огораживающим территорию больницы, казались сказочными причудливыми исполинами.

Вдалеке брехали собаки да с пруда доносилось кваканье лягушек.

Тихо вокруг, спокойно, а воздух чистый, хрустальный.

Дышишь им, и надышаться невозможно.

«Хорошо-то как, — подумал Данилов, наслаждаясь красками ночи. — Тишина, покой… Я уже и забыл, что это такое. Нормальные люди сейчас спят, а я… Хотя пусть завидуют — они-то эту красоту не видят!» — усмехнулся он, продолжая рассматривать звёздное небо.

С этими мыслями вернулся в ординаторскую, открыл окно, впустив в помещение ночную прохладу, и приступил к написанию протокола операции.