Ад, или Александр Данилов (СИ)

Данилов буквально сканировал Катино лицо, ища в её облике знакомые черты, и только потом прочитал имя матери: Берёзкина Дина Николаевна. Девочка тоже была Берёзкина. Теперь он не сомневался в том, что Катя их с Диной дочь.

Если внешне Данилов оставался совершенно спокоен, то в душе у него полыхало пламя. Он был зол на Дину, на родителей — и своих, и её — на бывшую жену, да на весь белый свет, потому что у него была дочь, о существовании которой он понятия не имел. Девочка же смотрела на него с интересом и чего-то ждала, а он потерялся в своих чувствах и не знал, как продолжить общение.

— Я никогда не пришла бы к вам, Александр Дмитриевич, если бы не мама, — глядя ему в глаза, почти шёпотом произнесла она и снова опустила голову, сосредоточившись на своих башмаках.

— Катя, я не знал… Я бы никогда в жизни не отказался от тебя, да и от твоей мамы тоже.

— Мама так и рассказывала, она много говорила о вас. — Катя помолчала немного и очень тихо произнесла: — Александр Дмитриевич, нам нужна ваша помощь.

Очень нужна! Иначе я бы никогда не побеспокоила вас.

— Я сделаю всё от меня зависящее, — не задумываясь пообещал он, а девочка опять улыбнулась, только горько как-то.

— Вам нужно работать? Да? — В её глазах блеснули слёзы. — Я всё понимаю, надо было прийти позже, к концу рабочего дня, но я так боялась не застать вас.

Данилов чувствовал, что Катя сейчас уйдёт, а это неправильно. Нужно поговорить с ней, выяснить все проблемы, а потом броситься на помощь. И в результате он встретится с Диной.

Господи, ему скоро предстоит встреча с Диной! В этот момент Данилов чувствовал, что никогда в жизни ни одну женщину он не любил так, как её. У них дочь, и теперь можно присвоить Дину и не расставаться с ней уже никогда. У них общая дочь! Уму непостижимо! Истина набатом стучала в голове. И он не хотел ничего в этот момент, кроме как прямо сейчас уйти вместе с Катей и узнать, как так вышло, что Дина…

Он не додумал мысль — его ждали пациенты. Просто нужно договориться с Катей и выяснить всё немного позже.

В конце концов, он пропустил целых шестнадцать лет, ещё пара часов не имеет значения.

— Да, я сейчас сделаю обход, потом мне просто необходимо самому сделать несколько перевязок. Там тяжёлые случаи. Катя, прости, я понимаю, что тебе совсем не интересно всё это.

— Почему же, моя мама работала медсестрой, я знаю вашу работу. Я подойду к тому времени, что нужно, и мы поговорим. Хорошо?

Соня страдала.