Конечно, они, с одной стороны, были солидарны с баламутом Цыганом, но с другой — офицеры понимали, что настоящий командир обязан выяснить, кто из его бойцов на что способен и чего можно от каждого ожидать.
Неожиданно бежавший впереди Давыдов остановился, поднял вверх руку со сжатым кулаком, что обозначало экстренную остановку из-за внезапно возникшей опасности.
Группа остановилась, бойцы бесшумно рассеялись, залегли, взяв оружие на изготовку.
— Что случилось? — держа в руках бесшумную снайперскую винтовку «Винторез», шепотом спросил Дум-Дум, подобравшись к Денису.
Вместо ответа тот раздвинул кусты и указал вперед.
На пути движения диверсионной группы оказалась большая поляна, которую туристы превратили в палаточный городок. Оттуда доносилось веселое разноголосье, тянуло ароматом съестного варева.
— Нужно обходить, — озабоченно произнес снайпер.
— Нужно, — согласился с ним Гусар и добавил: — Влево триста метров — оживленное шоссе, вправо четыреста — лесное озеро. Отходить назад и искать новое направление — только потеряем темп, выбьемся из графика.
"
"Действительно, на стокилометровый марш-бросок Денис назначил временной лимит — сутки, и что-либо менять значило «играть в поддавки». Что, в свою очередь, говорило бы о нем как о командире не слишком лестно. Свои же поставленные задачи не способен выполнить.
— Что думаешь делать? — поинтересовался Думдумыч.
— Придется проскальзывать ужиком между лагерем и озером, — ответил Давыдов и, подобно гигантской змее, скользнул вправо, лишь верхушки высокой травы колыхнулись неслышно.
Время было еще раннее, едва роса испарилась под лучами солнца, над озерцом еще висело плотное белое марево тумана, напоминая молочный кисель. Оттуда доносился смех и звуки плесканий.
Разведгруппа выбралась на опушку леса и замерла. В буйных зарослях папоротника люди, облаченные в «шуршанчики» — мохнатый камуфляж, — с лицами, разукрашенными зелено-серыми разводами, были абсолютно невидимы среди буйства лесных красок, сочных, душистых. В полусотне метров от разведчиков посреди озера резвилась большая группа молодых людей.
Они вовсю плескались в теплой, как парное молоко, воде, громко перекрикивались и еще громче смеялись. Настоящий праздник жизни.
Неожиданно от группы купальщиков отделилась молодая особа. Это была худенькая девушка с длинными ярко-красными вьющимися волосами, длинноногая, с большой тяжелой грудью. На ней был цветастый купальник, который не столько скрывал, сколько подчеркивал прелести хозяйки.
