Когда поступил в Технический университет, оказалось, что там я не один такой. Мы были схожи по цвету кожи, вероисповеданию; как шарики ртути, притягивались друг к другу. Впоследствии, долгими часами сидя в кофейне, говорили об истории и ее несправедливости. Мечтали о возрождении великой Турции. Потом среди нас, безусых юнцов, появился взрослый мужчина — его привел кто-то из студентов. Он стал общаться с нами, объяснял, что в одиночку Турция не сможет стать великой, потому что все неверные объединились, а одному драться против многих — значит никогда не победить.
Мусульмане должны тоже объединиться в единый Халифат, тогда весь мир окажется у наших ног. И я вступил в «Партию исламского освобождения»[9]; ну, а чуть позже мне принесли взрывчатку и предложили изготовить бомбу. От взрыва моей бомбы разлетелась на куски емкость с азотом, было много жертв. Полиция начала аресты членов нашей ячейки, мне пришлось бежать. Почти десять лет я провел в скитаниях по разным лагерям, делая хитрые взрыватели для боевиков, готовых отдать свои жизни за идею Всемусульманского Халифата.
И только там, в знойной пустыне, я понял, как скучаю по своему прежнему образу жизни, который не ценил. Возненавидел свою младшую сестру, которая ни разу не надела хиджаб, не прочитала ни одной суры из Корана, а все деньги отца достанутся ей. Я был благодарен Аллаху, что меня прикрепили к вашему проекту, я каждый день из кожи вон лез, чтобы доказать свою необходимость. А по ночам с ужасом думал: вот, скоро все закончится, и меня вернут в жару Аравийской пустыни или, чего хуже, во мрак афганских пещер.
Алкоголь развязал парню язык, и теперь он говорил без остановки, как будто смертник исповедовался перед казнью. Камаль не любил выслушивать чужие исповеди, своих проблем хватало с лихвой.
— Ты не беспокойся, приятель, если все пройдет хорошо, работы у нас появится до небес. Он сказал, что отряды моджахедов — это всего лишь демонстрация сопротивления неверным, но победить технически сильного врага можно только технически.
— Это как? — Эксперт вскинул на пакистанца недоуменный взгляд. Технарь до мозга костей, он был далек от тактики, тем более от стратегии.
— Когда придет начинка для нашей «рыбки», мы продемонстрируем. И хорошо, если бы это был американский авианосец.
— Авианосец? — недоверчиво переспросил технический специалист, потом отрицательно покачал головой. — Нет, ничего не выйдет, слишком большой объект. Даже «блокбастер», начиненный «морской смесью», не сможет его разрушить.
