Ад

— Я тебя прощаю, Денис, — ласково сказала она вслух.

— И ты, Юлька, меня прости, я все время с тобой спорю, — продолжал юноша. — Ты имеешь право на свое мнение, но я постоянно забываю об этом и начинаю спорить. И еще прости меня за то, что я не хожу. Уж какой есть.

— Не смей так говорить! — рассердилась девушка. — Я тебя люблю, и для меня этого достаточно. Бабушка всегда говорит, что если бы ты мог ходить, ты вообще был бы другим человеком, у тебя был бы другой характер, и я вряд ли влюбилась бы в тебя, а ты — в меня.

— Конечно, еще бы.

— Вот и не выступай. Теперь моя очередь. Денис, прости меня, пожалуйста, за то, что я все время с тобой спорю.

За столом раздался смех.

— Ну и безгрешная молодежь пошла, — заметила Аэлла. — Самое большое преступление у них — несходство мнений. Неужели вы друг друга за столько лет ничем не обидели?

— Иногда я делала Денису больно, когда уколы ставила или во время массажа. Но я же не специально. Дениска, прощаешь?

— А то!

Легкость, с которой Денис и Юля справились с задачей, придала разговору менее серьезное направление.

— Граждане присутствующие, язык мой — враг мой, я это знаю. Я часто бываю резкой и говорю неприятные вещи. Если я кого-то из вас обижала, простите меня.

— Ну, меня-то фиг обидишь, — подал голос Бегорский. — Но я тебя прощаю на будущее, заранее."

"— А вот Родика я часто обижала, — продолжала Тамара. — Родик, дорогой, прости меня, если можешь.

— Прощаю тебя, о, Тамара, — с наигранной торжественностью ответил Родислав.

— И ты, Любаня, прости меня, я в детстве часто называла тебя дурищей и вообще плохо с тобой обращалась.

— Ну что ты, Тома, — растроганно пробормотала Люба. — О чем ты говоришь? Ты мне всегда хотела только добра.

— Я закончила, — сообщила Тамара.

— Как? — со смехом воскликнула Аэлла. — А я? Неужели ты ни в чем передо мной не виновата? Неужели ты за столько лет ни разу не сказала обо мне какую-нибудь пакость? Никогда не поверю!

— Говорила, и не один раз, не буду отпираться, — отпарировала Тамара.

— Ой, не надо, не надо, — замахала руками Аэлла. — Лучше помолчи. Проси прощения немедленно!

— Прости, дорогая, — улыбнулась Тамара. — Теперь давай ты.

— Почему я? — капризно возразила Аэлла. — У нас еще Кирилл не выступал, я уж не говорю о хозяевах этого гостеприимного дома.

— Хозяева высказываются последними, это правило хорошего тона, — немедленно сказал Родислав. — Кирилл, ваше слово.