— Я его видел?
— Почем я знаю?
— Имя назовешь?
Леня молчал.
— Сколько раундов?
— Пока не унесут. Не думаю, что этого долго ждать.
— Значит, поражение по очкам не засчитывается?
— Да не переживай ты так. Батя выстоит.
— А если нет?
— Леха, не тупи. Я вот абсолютно спокоен, — и Дым энергично вонзил вилку в сочный бифштекс. Алексей с неприязнью смотрел, как по тарелке растекается красный мясной сок. Возникли непрошеные ассоциации: Сажин в боксерских перчатках, ринг…
— Да, вижу: аппетит не пропал, — усмехнулся он.
— Алиса знает?
— Женщин-то зачем впутывать? — поморщился верный муж.
— Не впутывать, а информировать. Алиса не просто женщина, она опытная рапиристка. Я видел, как она фехтует: от защиты, вначале давая противнику ошибиться. Нервы у нее железные. Она прекрасно знает, что такое бой.
— У нее маленький сын. Я няню нарочно на завтра «заболел», — признался Леня.
— Значит, все-таки опасаешься за исход этого боя?
— Не опасаюсь, а подстраховался, — с досадой сказал Дым. — Я бы сам вышел, но батя против.
— А кто сильнее как боец, ты или Сажин?
— У нас боевая ничья, — и Леня лихо развалил пополам бифштекс. — Бате как-никак полтинник. Зато опыт. Честно скажу: боевого опыта у меня маловато. Не на жизнь, а насмерть я еще никогда не дрался. Наверное, смог бы. Умереть я не боюсь.
— Что ты об этом знаешь, парень? — с усмешкой спросил Алексей, и Леня впервые отвел глаза. — Умереть не подвиг. Надо выжить.
— Леша, все уже решено, ставки сделаны.
— А что, будут и ставки?
— Не без того.
Но главное, конечно, разрулить убийство Хана. Немилов исчез, скрылся за границей. А кто-то должен за смотрящего ответить.
— Я ведь выяснил, куда именно подался Немилов."
"— Это уже не имеет значения. Мы проморгали стукача в «БуЗе».
— Что ж вы делаете-то, — он сокрушенно покачал головой. — Ни Даша, ни Алиса ничего не знают. А если твоей жене придется завтра ехать в больницу к отцу? Как ты ей это объяснишь? А если в морг? Давай смотреть правде в глаза. Ты уверен, Дым, что тебя после этого из дома не выгонят? Не боишься сохранить честь, но потерять семью?
— Я со своей женой по мелочам не хочу связываться, пусть думает, что она главная, — твердо сказал Леня.
— Но спрашивать у нее, выходить мне на ринг или нет, я не собираюсь. И батю прикрою. Женщины для того и созданы, чтобы искать компромиссы. Когда страшно до жути, у нас очко сжимается, а у них матка. Их дело — дети. А весь феминизм кончается, когда начинаются роды.
