Ад & Рай

Это мы с тобой знаем – святой Валентин гордо отказался отречься от веры в Кудесника, за что император Клавдий Второй повелел отрубить пареньку голову. Да, Валя совершал разные мелкие чудеса, вроде исцеления слепой девушки, но я это ему в актив не записываю. Среди святых такое модно, молодых и красивых девиц все любят исцелять. А потом… в средние века кто-то возьми и придумай: дескать, Валентин тайно венчал влюблённых. Кто это был? Включаю ясновидение – ну точно, хозяин цветочной лавки в Париже. Поди теперь, докажи публике, что ты помер за веру как честный мальчик, – каждый шоколадным сердцем в нос тычет.

Пусть побудет один, успокоится… это то, что Валентину сейчас нужно. Он ещё вернется на ТВ, вот увидишь… телевидение, оно же ведь как наркотик.

Варфоломей не без грусти потеребил петлю на шее.

– Касательно ТВ, – заметил он с кислой миной. – Нам в Раю врать нельзя. А что же сказать по поводу тех туристов, оставшихся в Аду? Шеф-то ведь не замедлит воспользоваться инцидентом в целях адской пропаганды.

Предвкушаю, какая свистопляска начнется: ах, на Небесах праведники так кокосами уелись, что предпочли Девятый круг Ада, лишь бы в райские кущи не возвращаться. Позвонил на ТВ, попросил их извернуться в новостях. Давай посмотрим, если не возражаешь. Что-то я с утра ужасно нервничаю.

Вместо ответа Голос мигнул правым глазом. В небе опять возник плоский экран – нечто вроде голографического изображения.

– В эфире «Рай только Рай», и с вами я – святая мученица Виктория Никомидийская, – ласково улыбнулась девушка в тунике, с микрофоном в ухе.

 – Новость дня – туристическая группа праведников застряла в Преисподней. Виноваты просроченные визы, или шпионский скандал между Адом и Раем? Только у нас – комментарий от турфирмы «Парадизо».

В кадре появилась экскурсовод – та самая, с груди которой Шеф сорвал бейджик. Выглядела она так, будто оспаривала у Виктории звание мученицы: опухшее лицо, спутанные волосы, тёмные круги под глазами.

– Я ничего не успела сделать, – зарыдала экскурсовод.

 – А они как рванули…

Никомидийская изобразила на губах дежурную улыбку.

– Как вы думаете, – спросила она, – была ли это тщательно подготовленная провокация Ада? Скажите, присутствовал ли на месте сам Шеф?

– Да-а-а-а-а, – всхлипнула страдающая девушка. – Я говорила с ним лично, и…

«Окошко» с её изображением тут же погасло.

– Большое спасибо за интервью! – возрадовалась Виктория. – Милые праведники, вы сами можете сделать выводы.