Ад & Рай

– Интересно, а что можно рекламировать, чтобы не попасть в Ад? – наивно спросила та, что похудее. – Тут даже поставщики биодобавок сидят, их ежедневно морской капустой кормят. И мастера чудо-лекарств. Получается, вообще занятие рекламой, типа грех… так, что ли, выходит, подруга?

– Пам-пам-парам… а ты как думала? – взвизгнула толстенькая. – Любая реклама и пиар замешены на вранье. Помнишь ролики? Где и когда женщина отдалась подростку за одну банку пепси? Зачем девушке в лифте коллеги дарят цветы, если она избавилась от запаха пота? В какой стране мужик врывается на 8 марта в костюме Деда Мороза и объясняет: он сел бухать с друзьями на Новый год и пил пиво всё это время?

– Ты что, в России не жила? – удивилась худая.

– Хорошо, бухать три месяца подряд – о’кей, – поправилась толстушка. – Но в принципе ложь – страшный смертный грех. Помнишь поговорку? «Не обманешь – не продашь». А уж что ты впарил населению – тухлую биодобавку или кислого политика, значения не имеет.

…Не дослушав разговор, Шеф двинулся к выходу из зверинца. Экскурсия окрылила его – таких качественных, превосходных мучений даже он не ожидал. Возле КПП Шеф вспомнил – за всеми потрясениями недели ему так и не удалось связаться с Калашниковым. Опять отложить на потом? Не следует. Остановившись, он достал телефон и набрал номер.

Абонент, казалось, включился ещё до звонка.

– Слушаю, – тихим, приглушённым голосом сказал Калашников.

– Узнал? – коротко спросил Шеф.

– Вас не забудешь, – заверил Калашников. – Даже после Небытия.

– Ну и как прошло воскрешение? – бодрым тоном поинтересовался Шеф. – Появился интерес к жизни? Ощущаешь резкий душевный подъем?

– Пока ещё сам не разобрался, – честно сообщил Алексей. – Только покинул Небытие, как закрутило ужасно – с гонкой по подземным рельсам, огнём с небес и перестрелкой в крепости против полусотни боевиков: сумбурное ощущение. Кстати, спасибо, что устроили наше с Серёгой воскрешение.

– Ой, да делов-то, – небрежно махнул рукой Шеф. – Для меня заставить Голос поработать на силы тьмы – вообще раз плюнуть. Сам закрутился, на неделе не было и минуты, чтобы тебе звякнуть. Как продвигается расследование?

– Неплохо, – донеслось из трубки. – Можно сказать, я почти закончил.

Шефу стоило большого труда скрыть животный восторг.

– Я в тебе никогда не сомневался, – небрежно заверил он, подпустив в тон как можно больше скуки.