Ад & Рай

Думает – стоит ему перекраситься, отречься, выбросить тебя за борт, как и Небеса откроют ему объятья. Только сам-то он внутри ни хрена не изменился: а это главное условие для возвращения в Рай. Так что, Раэль, плюнь и не огорчайся.

Малинин начал терять терпение.

– В жопу твою аэродинамику, – деликатно выразился казак. – Што ты теперь теряешь-то? Поехали отседова в деревню, заживём. Будем сено косить, корову купим. А там, глядишь, и детки у нас пойдут. Соглашайся, дура. Не пожалеешь, на руках носить буду. Ежели я полюбил, то энто – навсегда.

Стены бушевали малиновым и лиловым, прорываясь белыми пятнами. Потолок сделался тёмно-красным, словно его обрызгали томатным соком. И только столик перестал на всё реагировать – на поверхность пролили водку.

Раэль, облокотившись на кресло, задумалась.

– Когда-то очень давно, ещё до того, как я стала ангелом, у меня были муж и дети, – грустно призналась она. – Пусть даже и несколько своеобразные. Но я была счастлива. Их всех убили, наш дом сожгли. С тех пор я и забыла, что это такое – быть домохозяйкой.

Прости, мы не подходим друг другу. Ты служишь злу, а я ведь с ним боролась. И не хочу доить коров для слуги Ада.

Малинина эта речь вовсе не расстроила.

– Я больше не слуга Ада, – расхохотался казак. – И не могу вернуться в Преисподнюю. Туды дорога только мёртвым… а если я и его благородие умрём, то снова отправимся в Небытие. По энтой причине Шеф сказал – мы можем считать себя свободными от адских поручений и оставаться на Земле. Только у его благородия ещё дела: нужно выручить супружницу Алевтину, она случайно попала в прошлое, в Питербурх.

Туды он сегодня и переместится. Шеф отдал приказ доставить из Ада мобильную «машину времени» – вот мы щас сидим, кушаем «Абсолютик», да её поджидаем. Теперича я, Раэлька, свободен от всяческих сил зла. Иди за меня замуж. Жить будем – душа в душу… Буду ревновать тебя, за волосы таскать, а уж как любиться-то станем, у-у-у-у – в месяц по новой кровати покупать придётся.

– Ой, как это романтично, – смущаясь, зарделась Раэль.

 – Ну что ж… я согласна. Только ты учти, Серёженька, – если опять обратишься в слуги Шефа, то сковородкой я владеть умею, как Брюс Ли нунчаками. Так отхожу по рёбрам во славу Голоса всемогущего, что разом про злые дела забудешь.

– Договорились! – обрадовался Малинин. – О… неужели любовная линия?!

– Она самая, братец, – кисло ответил Калашников. – Наслаждайся.

Он скрипнул зубами и налил себе водки – глядя, как целуются Малинин и Раэль.