Ад & Рай

Калашников врубил поворот – чёрно-красный поезд нырнул влево: стекла, звеня, разлетелись от очередной порции свинца. Малинин с матюгами стряхнул застрявшие в волосах осколки. Он чувствовал себя неважно.

– Как обидно будет сейчас сдохнуть-то, вашбродь, – пожаловался казак.

– Ты думаешь, я рад? – огрызнулся тот. – Может, психоаналитика вызовем?

Им пришлось пригнуться – поезд-«паук» пронесся рядом: автоматчик, не целясь, высадил целый рожок. Варвара, закусив губу, палила из пистолета.

– Ненавижу! Уроды! Суки! – визжала она после каждого выстрела.

Калашников вспомнил недавнюю гонку по туннелям подземелья.

– Кого-то она мне напоминает… – вздохнул Алексей. – Не тебя ли, Раэль?

Раэль сидела в углу вагона, зажав уши ладонями. Еще никогда в жизни она не чувствовала себя такой беспомощной. Ей так хотелось пошевелить крыльями… спину резануло болью, от лопаток стекли струйки крови.

– сотрясал подземелье визжащий голос Брайана Джонсона. Статуи Шефа демонически улыбались – они были сделаны так, что выглядывали из стен.

Туннель с черепами кончился… оба поезда вырвались в «подпол» станции «Марксистская». Пули не причиняли вагону вреда, и Калашников стал было надеяться, что опасность миновала (рано или поздно патроны у врагов иссякнут). Однако он не учёл, что то же самое пришло на ум и Варваре.

Поезд-«паук» свернул на другой луч подземной пентаграммы, из-под колёс вылетали искры. Охранник скинул со спины рюкзак, распаковал, вытащил странное приспособление. Калашников сначала не понял, что это такое.

Струя пламени, вырвавшись из огнемёта, воспламенила рельсы.

Алексей, что есть силы крутанув ручку управления, в отчаянии швырнул поезд вниз – по спирали «американской горки». Вагон со свистом ринулся по рельсам, и это спасло пассажиров – вторая порция огня прошла выше. Чёрно-красная краска на железных боках поезда от сильного жара пошла пузырями.

– Ты, случайно, от этой барышни не в восторге? – осведомился Калашников у Малинина. – Твой вариант. Не хочешь, братец, вторую любовную линию?

– Не-не-не, – перепуганно отозвался казак.

 – Она какая-то совсем бешеная. Я, вашбродь, люблю экстрим – но не тогда, когда баба с автоматчиками за тобой на поезде несётся. Может, мы рискнём с ней на мировую пойти?

Калашников усмехнулся, расслабленно махнул рукой.

Оба поезда летели в направлении Выхина.

Со стороны это походило на особый фантастический аттракцион. Вагоны крутились рядом друг с другом, едва не соприкасаясь, размыкались в стороны и сталкивались снова.