Онлайн-библиотека книг
Зоровавель поклонился, полуседая борода уткнулась в грудь. Антипа впал в немилость у Калигулы и считался в Иудее «хромым верблюдом». Ходили слухи – тетрарх уличён в сношениях с Парфией и получении треугольных денег… а это, считай, финал. И пусть последний нищий ведал, кто накатал в Службу тайных ликторов анонимный папирус на Ирода][70], защищать тетрарха желающих не было. К чему? Цезарь отправлял людей на крест и за меньшие прегрешения.
– Срочнее не бывает, – дрожащим голосом сказал Зоровавель. – Видишь ли, тетрарх… у меня появилось много насущных проблем.
– Ничего подобного, – прервал его Антипа. – У тебя нет никаких проблем. Или ты забыл об указе цезаря, запрещающем горевать?
– А, ну это конечно, – поспешно согласился Зоровавель. – Моя основная проблема – мне живётся под властью цезаря так замечательно, что я начал изнемогать от счастья. Лишь вследствие этого изнеможения хочу, тетрарх, просить тебя о небольшом отпуске. Мне крайне необходимо уехать из Ерушалаима в Паннонию, попить для спокойствия минеральные воды.
Ирод Антипа хрипло закашлялся – в лёгких скопилась жидкость. Он протянул руку к кувшину у постели: первосвященник подал ему питьё.
– О, видения бывают очень серьёзные, – произнес тетрарх, отхлебнув из сосуда. – Например, однажды я увидел во сне будущее…
Зоровавель сдержал нервную дрожь.
– Будущее? – взвизгнул он фальцетом. – Да вы тут что, все сговорились, что ли… Тебе явились во сне чудеса Кудесника?
– Кудесника? – с недоумением переспросил Ирод.
"– Ох, да разумеется, не может, – перевёл дух Зоровавель. – Короче, я про отдых. Отпусти меня, тетрарх. Переработал я. Сижу себе мирно у Анны, ведём богословскую беседу с Эмилианом, а тут – вот не соврать! – из воздуха появляются злобная ливийка и парень с крыльями. И тут эта ливийка, не сказав «добрый вечер», центуриону ка-а-а-а-а-ак врежет камнем по шлему! Звон на весь Синедрион пошёл.
