Ада, или Отрада
0 прочтений
Рай находится всего в одной асбе на юг от кушака красавицы. Eh bien?»
«Ты неисправим. Где и когда?»
«Где? В том унылом отельчике через дорогу. Когда? Прямо сейчас. Никогда еще не видел, как ты скачешь верхом, поскольку это именно то, что обещает нам tout confort – и не более того».
«Я должна быть дома не позднее половины двенадцатого, сейчас почти одиннадцать».
«Нам хватит пяти минут. Прошу тебя!»
Сидя верхом, она походила на ребенка, впервые отважившегося прокатиться на карусельной лошадке. Это тривиальное устройство она осваивала с прямоугольной moue на лице.
«Вот о чем я подумал, – сказал он, – я больше не пользуюсь нашими апартаментами на Алексис-авеню. Последние семь или восемь лет их занимала бедная семья одного полицейского, бывшего слуги в поместье дяди Дана.
«Да, верно. А где ее сестра?»
«Пожалуй, нам лучше расстаться здесь. Уже без двадцати двенадцать, тебе пора».
«Au revoir. Ты очень плохой мальчик, а я очень плохая девочка. Но мы весело провели время – хотя ты и обращался со мной не как со светской подругой, а как ты, наверное, обращаешься со своими шлюшками. Погоди. Вот совершенно секретный адрес, по которому ты всегда (роется в сумочке) можешь связаться со мной (находит визитную карточку с гербом мужа и строчит почтовую криптограмму) – это в Мальбруке, Майн, где я провожу каждый август».
Она огляделась, поднялась на цыпочки, как балерина, и поцеловала его в губы. Душечка Кордула!
Неопределенного возраста, темноволосый, прилизанный, с подбородком Бурбона консьерж, прозванный Ваном в его лучшие дни Альфонсом Пятым, полагал, что только что видел мадемуазель Вин в салоне госпожи Рекамье, где были выставлены золотые вуали Вивиан Вейл.
