Адаптация к взрослой жизни

– Ух, круто, – сказала она, передавая бутылку Саше, – я бы продолжила, но к материнству еще не готова.

Саша, взяв бутылку, тоже сделала долгий глоток и передала бутылку мне, а затем сказала:

– Ярик, ну приласкай девушку, раз такой незапасливый, не сиди как дурак.

Я оторвался от бутылки, не совсем понимая, что Саша имеет в виду. Света между тем снова откинулась на спину, широко раздвинула ноги и сделала красноречивое движение языком. Я склонился к ее влагалищу и попробовал повторить движения, которые доводилось мелком видеть в порнофильмах.

Спустя несколько секунд Света выгнулась и оттолкнула меня.

– Больно, – прошипела она, – ты совсем не умеешь. Давай лучше так.

Она уложила меня на спину и легла рядом, положив мне голову на грудь. Мою правую руку она направила к своему влагалищу и показала плавное движение для ласки клитора. Я начал повторять за ней, Через пару секунд Света улыбнулась и стала тихонько постанывать, затем взяла мой член и принялась плавно ласкать его рукой. Саша по-прежнему сидела на кровати и не спеша допивала шампанское.

Мне было не разглядеть, что она делает, но ее ноги были согнуты в коленях и широко разведены.

Мне казалось, что это длилось всего одно мгновенье, я довольно быстро кончил, обильно испачкав Свете руку. Она аккуратно вытерла ее об одеяло, придвинулась ко мне и шепнула: «Продолжай, мне хорошо».

Время снова остановилось. Я лежал рядом со Светой на скомканном одеяле и плавно ласкал ее пальцами. А она что-то мурлыкала и постанывала, прижавшись щекой к моей груди.

Мы были одни, словно на плоту в открытом океане, я перестал замечать что-либо вокруг. Мне казалось, я играю на каком-то удивительном теплом и живом музыкальном инструменте, пальцы раз за разом задевают невидимые струны, вызывая нежные стоны, медленно затухающие в темноте.

Возможно, это длилось десять минут, возможно, тридцать, но я и сам не заметил, как провалился в счастливый и блаженный сон.

Глава 18 (18.12.18)

Основной рефлекс"

"Я проснулся от холода и в первые секунды совершенно не понимал, что со мной произошло.

Жутко хотелось пить, но голова была на удивление ясной. Я лежал на какой-то твердой поверхности в абсолютной темноте. На живот давило что-то тяжелое, а ноги мерзли особенно сильно. Когда глаза немного привыкли к темноте, я приподнялся на локтях и попытался встать. «Что-то тяжелое» на животе издало недовольное бурчание и оказалось чьей-то головой. Я осторожно провел рукой по спутанным волосам и понял, что это Света.