Адаптация к взрослой жизни

А для этого нужно, чтобы Вера успокоилась и снова не сорвалась в ее присутствии. Поэтому мы идем в магазин за хорошим вином. Устроим сегодня для Веры спокойный, расслабленный вечер, обо всём поговорим, всё обсудим, а завтра Вера пойдет и извинится. И выучит всё от и до, а ты проверишь. Тут за взятку уже не вариант сдавать, доцентша на принцип может пойти.

– Где ты собралась взять хорошее вино в этой дыре? – поинтересовался я. – И где взять денег на хорошее вино?

– Деньги – это моя забота, – отмахнулась Лена.

– Я вот думаю, может, попробуем глинтвейн замутить? У Светки в журнале статья была о пользе теплого вина и вообще.

– Я думаю, это лишнее. При нагревании снижается градус вина, и эффект будет ниже. Глинтвейн вроде от простуды хорош, а у нас тут не тот случай. Давай лучше в видеопрокат зайдем и кино какое-нибудь возьмем, под вино на вечер. Это уж точно хорошо отвлечет.

Мы зашли в видеопрокат, и я спросил у патлатого парня, скучавшего за прилавком:

– Привет, есть что-нибудь эдакое посмотреть? Только не комедию и не ужастик.

Можно фантастику или боевик, но что-нибудь свежее.

– Есть тут интересная киноха, – отозвался прокатчик. – Прикинь, немецкая, но не порнуха. Вроде как боевик, но со смыслом, и музыка кайфовая, говорят. Я сам еще не видел, вчера только подвезли.

– Давай, будем посмотреть, – отозвался я.

Парень кивнул, взял деньги и протянул мне кассету. На обложке парень и девушка тянули руки друг к другу на фоне неба. Надписи на кассете были сплошь на немецком, и Лена настороженно спросила:

– А там перевод точно нормальный?

– Не переживай, полный фарш, одноголосый, но без прищепки, – уверенно заявил патлатый.

– Я же говорю, эксклюзив, такую хрен где достанете. Это у нас шеф увлекается, раздобывает для себя.

Мы вышли из проката и, зайдя в круглосуточный магазинчик, стали выбирать вино. Я предпочел две бутылки кагора, как единственного съедобного крепленного в наличии. Конечно, это был тот еще шмурдяк, но уровнем существенно выше, чем портвейн «777».

Лена расщедрилась и купила к вину аж полкило пошехонского сыра, и мы отправились на квартиру.

К нашему возвращению Вере уже стало легче, она перестала плакать, но всё равно сидела за столом с мрачным видом и что-то набрасывала в тетради. Возможно, это был план жестокого убийства биологички, возможно, что-то еще, но при нашем появлении она тут же закрыла тетрадь

– Сегодня изысканный французский кинозал, – торжественно объявила Лена.