Адель и 40 оборотней (СИ)

Но что-то… Сигнальные нити под деревом начинают мерцать, мне кажется, даже чуть ярче светят.

— Думаешь, твари где-то близко?

Меня аж передернуло от такой мысли.

Но — да. Я так думаю.

— Возможно, эти люди не только ловушка, но и приманка, — сказала я. — Твари найдут нас. Не только я могу проследить след их магии, но и они — мой, я пока не умею надежно прятать следы.

— Будем надеяться, что машина успеет.

— Ты не понимаешь! — мне хотелось кричать. — Твари придут за мной!

— Тихо. Я понимаю, — сказал Олин. — Успокойся.

Здесь мы вчетвером и с пустыми руками, не считая ружей, а там нас больше полсотни и все необходимое. Мы убили одну тварь, справимся и с остальными. Не волнуйся. К тому же, Камински уверяет, что завтра приедет опытный маг из Дорноха. Все будет хорошо.

У меня дрогнули губы, подбородок… Очень много всего за последнее время, очень страшно, у меня нервы сдают. Скорей бы все закончилось.

— Ну, что ты… — Олин провел ладонью по моему плечу.

Я видела, это действовало и на него тоже, он насторожился, вслушивался.

— Ты ведь почувствуешь, если твари подойдут близко? — спросил он.

У меня в животе все страшно сжалось.

— Да. Не знаю на каком расстоянии, но я почувствую. Пока тихо.

— Ну и хорошо, — сказал Олин, обнял за плечи, притянул меня к себе. — Не бойся.

Я замерла на мгновение, потом в ответ обняла его крепко-крепко, уткнулась в плечо. Его тепло, его уверенность — успокаивали. Мы справимся… как-нибудь…

Так страшно, что кажется почти нереальным.

Дальше время тянулось невозможно долго.

У меня своих часов не было, поэтому я поглядывала на часы Олина, стараясь, чтобы это не очень бросалось в глаза.

Сидела, напряжено вслушиваясь, вглядываясь в лес вокруг.

Уже почти три часа, и ничего…

Мы почти не разговаривали, сидели тихо.

Олин несколько раз пытался достать сигареты, но так и не достал. Я хотела даже предложить помочь, но как-то уж… не настолько же все плохо. Просто хочется сделать хоть что-нибудь.

Роин ушел на дорогу, высматривать машину там.

А если не приедут за нами? Мало ли что? Нет, я не решилась задать этот вопрос вслух, но не думать не могла.

Если пришлют только к вечеру, если будет уже поздно?

Я смотрела на Олина, он едва заметно, успокаивающе, улыбался мне.

Сигнальные нити начинали светиться отчетливо. Я вглядывалась до головокружения.

Но первый это уловил Олин.

— Тихо стало, — сказал он. — Птиц не слышно.

Он прав. Я слышала ветер, гудящий в соснах, слышала далекий ручеек… но птиц больше не слышала.