Адептка в мужской Академии

Я приоткрыла дверь и выглянула, следя за тем, как Итан оглядывается по сторонам. В то время, как кучер пытался приноровиться и убрать препятствие с пути, маг поднял руки и принялся водить ими по сторонам, пытаясь что-то найти. И тут в темноте вспыхнули огни. Я даже вздрогнула, заметив парные золотые вспышки, отметившиеся то тут, то там.

— Итан! — крикнула я, привлекая внимание мага и спрыгнув на землю, вскинула руку, указывая ему направление.

Он отреагировал молниеносно. Но еще раньше темнота разорвалась, выпуская на дорогу огромных тварей.

Я услышала сдавленный крик кучера, когда его повалило одно из существ.

— Оливер, в карету! — зарычал маг, а я словно завороженная смотрела на волков, которые по своим размерам скорее походили на годовалых бычков.

«Оборотни!» — поняла я.

В памяти возник Аран, но я почти сразу отогнала эту мысль, осознавая всю ее нелепость. Запнувшись и едва не упав, ринулась назад к карете. Метнулась внутрь, радуясь тому, что на этот раз мы ехали в закрытом экипаже, когда в дверь что-то с силой что-то ударилось и дерево заскрипело.

Я пискнула и отпрянула к противоположному окну, не отрывая взгляда от дверей. Несколько секунд ничего не происходило, а затем послышался очередной удар, еще более сильный, от которого захотелось сжаться в комок и спрятать голову в коленях. И удары принялись сыпаться, словно переспевший горох из стручка. И да, я закричала, когда за спиной в стекло что-то ударилось.

Черный ворон взглянул на меня, махнул крыльями и исчез, словно его и не бывало. В какой-то момент мне даже показалось, что это все лишь плод моего воображения, когда очередной удар пробил дыру в дверце экипажа. Золотой глаз, пышущий ненавистью и желанием убить, заглянул в отверстие, заставляя сердце биться еще сильнее. От страха, от ужаса, от непонимания происходящего.

Снаружи слышался шум и возня. В какой-то миг лес огласил крик, но уже мгновение спустя он затих, но мне было не до того, что происходило там, за пределами кареты. Потому что в дыру, пробитую оборотнем, просунулась огромная лохматая лапа, источавшая запах мокрой псины. Острые когти впились в пол в дюйме от моей ноги и я, взвизгнув, взлетела на ноги.

В миг я позабыла и про птицу, и о том, что мне советовали не покидать карету.