Адептка в мужской Академии

Я давно уже читал данную книгу, но, если желаешь, могу найти ее для тебя.

— Желаю, — кивнул Блеквуд и сделал еще глоток.

— Тогда сейчас закончим трапезу, и я найду ее для тебя. Но будь максимально осторожен. Книга старая и очень ветхая. Сам не знаю, как она дожила до наших дней.

— Я буду осторожен, — улыбнулся некромант. — Но у меня есть еще несколько вопросов.

— Весь во внимании, — дядюшка расправился с первой булочкой и потянулся за добавкой. Дорнана позабавила эта ситуация. Но он почти не мог отвлечься ни на что, кроме своего маленького, но кажется, важного открытия.

— В Академии есть два адепта. Первокурсники. Некто, Линдон Уоррел и Уильям Хадсон.

— И чем эти двое успели провиниться? — улыбнулся профессор.

— Пока не чем. Но мне нужно знать, кто они и из каких семейств.

— Низшее дворянство, — последовал ответ. — Не сильно богаты, без родовых замков. Из числа тех, кто получил свои титулы не по наследству, а за заслуги перед королевством. Странно, что ты не знаешь эти семейства.

"

"— Боюсь, в последнее время было не до того, — признал Дорнан. — Да я и отошел от дел.

— Ах, ну да, ну да, — закивал Лэнгфорд. — Ты же решил, наконец, остепениться и жениться.

— Именно, — некромант поморщился, вспомнив о еще одной своей проблеме, которую стоило решить, как можно быстрее.

Его невеста. Леди Бредшон. На фоне последних событий и его собственного сердца, которое подвело хозяина, перспектива предполагаемого брака уже не казалась столь заманчивой.

И надо же было ему встретить этого мальчишку Миллигана? Или как его настоящее имя? Нет. Мальчик определенно был бастардом Бредшон. Его сила почти такой же мощности, как и та, что текла в крови леди Оливии.

«Оливия, — подумал он и тут же удивленно сдвинул брови, повторив мысленно: — Оливия и Оливер. Надо же! Совпадение, или злая шутка судьбы? А возможно, и самого отца этих двоих!» — и что ему теперь делать со своими извращенными чувствами? Чувствами, которые ни коим образом не должны коснуться мальчика.

Он не станет портить жизнь адепту. Он задушит в себе даже ростки этого кошмара, потому что не может любить особь своего пола так, как надо любить свою половину.

Оливер не женщина! Но почему каждый раз, когда мальчик оказывается рядом, его сердце норовит вырваться из груди? Почему все его мысли сводятся к глупым инстинктам?

«Не о том сейчас думаешь, Дорнан, — сказал он себе с горечью.