Адептка в мужской Академии

Он откинул прочь покрывало и спустил вниз ноги. Затем быстро обулся и снова посмотрел на Блеквуда.

— И где он теперь?

— А ты как будто не удивлен! — заметил Дорнан.

— Удивлен, — отрицательно покачал головой адепт. — Просто еще не осознал, что жил рядом… — он не закончил фразу, бросив резкое: — А вы уверенны, сэр?

— Уверен. — Он развернулся, намереваясь уйти. — Ложись спать. Еще ночь. А завтра нам предстоит тяжелый день.

— Уже не усну, — признался парнишка и последовал за ним, прихватив с кровати брошенный перед сном камзол.

Надел, нервно застегнув пуговицы, а Дорнан поймал себя на том, что снова смотрит на губы мальчишки. А потом и на дернувшийся кадык, когда тот сглотнул.

— Вы его поймали? Допросили? — принялся засыпать его вопросами Миллиган. — Он сказал, кто наниматель? И какая была причина предательства?"

"— Он ничего не успел сказать, — сухо обронил декан. — Враг позаботился о том, чтобы с уст этого бедолаги не сорвалось ни единого слова. Так что мы снова застряли на месте.

— То есть? — адепт остановился.

 — Горр мертв? Вы это имеете ввиду?

— Да. Сгорел, как и оборотни на дороге, — Дорнан вышел из спальни, направившись через гостиную в сторону кабинета. И слыша, как мальчишка бежит следом.

— Сэр, но как…

— Я ничего не мог сделать. Я не желал его смерти. Более того, он был нужен мне живым, чтобы вытащить информацию о нанимателе. Но увы, — он зло сжал пальцы в кулаки уже войдя в кабинет.

— Поверить не могу, — Оливер вошел следом. Закрыл за собой дверь, привалившись спиной к деревянной поверхности.

Когда Дорнан оглянулся на мальчика, тот стоял, задумчиво опустив голову, явно размышляя и сопоставляя факты.

«И чего тебе не спится?» — почти зло подумал некромант. Мальчишка словно решил подразнить его своим присутствием, хотя вряд ли осознавал, какое имеет влияние на своего декана. И хвала богам, что не знает.

Оливер еще немного постоял вот так, раздумывая. За это время, Блеквуд успел подойти к столу и склониться над зеркалом, намереваясь продолжить работу и стараясь пока не думать о погибшем орке и о волновавшем его адепте, находившемся так близко, что при желании мог подойти и прикоснуться.

Но он, конечно же, так не сделает. Хотя хочется до дрожи в пальцах, до волнительного сердцебиения и этой проклятой, неуместной тяжести в самом низу живота. Такой сладкой и одновременно, пугающей.

Будь Оливер женщиной, Дорнан давно бы осуществил задуманное. И точно отправил ко всем чертям сбежавшую невесту, которой он оказался не нужен.