Потому как именно такой и получилась моя карта. Ужасной.
– Зато правдоподобно…
Тихо прошептала из сумки Вильда, когда я начала прикидывать, какой бы маршрут проложить, чтобы тот был безопасным. И выходило, что никакой. Ибо на каждом из вариантов я после некоторых размышлений ставила крест. И пусть тот был на бумаге, но все равно чем-то напоминал надгробный. Мой. Вернее, моего зачета.
– Что, не получается пройти в это гиблое место? – иронично уточнила меж тем ба.
И в ее тоне я почуяла подвох, как порой акула чует каплю крови, а моя мама – что я забыла пообедать.
– Гиблое – потому что никто до него не доходил? – уточнила я.
– Смекаешь, внуча, – хмыкнула ба.
– Откуда же тогда карта взялась… – протянула я и осеклась. В этом мире карет и магии я как-то привыкла, что нет благ цивилизации таких, как аэроснимки. Но драконы-то были!
Открыв для себя эту простую истину, я смело начертила пунктир над перевалом, выбрав хребет пониже, где ущелий с их непредсказуемыми воздушными потоками поменьше. О последних я знала не понаслышке: доводилось школьницей гостить у бабушки Ануш и на себе испытать порывы горно-долинных ветров.
Проложив маршрут по методе Молика, пририсовала по его ходу дракона с разинутыми крыльями и подписала снизу карты: «Только воздушным путем» и свою фамилию.
Едва вывела последнюю литеру, как раздалось:
– Сдаем, что у вас получилось!
Я, как и остальные, положила свой лист в стопку, и магистр, мазнув по нему взглядом, вдруг взял мой рисунок и, пристально посмотрев на него, поинтересовался:
– Адептка… – профессор глянул на мою фамилию в углу корявой карты и уточнил: – Бросвир… Не припомню вашу фамилию среди драконьих родов.
– У меня нет крыльев. Только голова, – отозвалась я.
– И похоже, она у вас стоит чешуи и хвоста у некоторых, – хмыкнул Орвин, кивком дав понять, что разговор окончен.
Я же развернулась к двери, следом за остальными адептами, и собралась уходить, когда услышала бормотание за спиной:"
"– А этот курс не безнадежен. Человек – а проложила единственный точный и безопасный путь, по которому и из драконов-то мало кто летал…
Еле удалось сдержать усмешку.
А наш преподаватель тот еще жук, оказывается. Сначала разнес Молика, чтобы утвердить в адептских умах догму: путь должен быть в обход и по земле, а потом дал обратное задание. Видимо, чтобы умы не закостеневали и учились мыслить во всех плоскостях.
Кажется, Вильда пришла к такому же выводу и, едва мы вышли из аудитории, одобрительно хмыкнула.
