Именно эти подстрекатели стали трибунами, толкнувшими сотни людей в России на борьбу с монархией. Всё гораздо сложнее, но покойные ныне Герцен, Огарёв, Бакунин и ещё несколько персон, поддерживаемые англичанами, нанесли колоссальный урон нашему обществу, — делаю небольшой глоток чая и продолжаю, — То же самое касается Франции. В Париже окопались сотни польских эмигрантов, которые активно участвуют в боевых организациях и совершают покушения на важных персон русского истеблишмента. Я и сам пережил уже три нападения, а последнее, состоявшееся шесть месяцев назад, могло закончиться для меня фатально.
Так чему удивляться, если на улицах Лондона и Парижа регулярно нападают на представителей местных элит? Ирландцам удалось даже подорвать премьер-министра Рассела, гореть ему в аду.
Эдмонд не сразу меня понял, но затем тихо рассмеялся. В последние годы отношения между Лондоном и Парижем резко обострились. Говорят, что даже две сильнейшие ветви Ротшильдов тоже в конфронтации. Уж слишком сильно усилилась французская часть финансового клана.
Произошло это не на ровном месте, а совместно с резким возвышением Франции.
Через год после запуска Суэцкого канала французы выкупили долю в проекте у Исмаил-паши и аннексировали Египет. Судя по тому, что местная армия не оказывала особого сопротивления европейским захватчикам, то наместник и его приближённые получили денег гораздо больше, чем стоили акции. А ещё он сохранил свой пост и продолжает управлять страной.
Французы ограничились гарнизонами в Александрии, Каире и Порт-Саиде, остальную территорию контролировала армия Исмаила. Формально мало что изменилось, но сейчас экономика достаточно богатого региона полностью под контролем Парижа. А это значит, что оттуда вытеснены компании других государств."
"Но и это ещё не всё. Лягушатники решили, что если отношения с османами разрушены, то нет смысла останавливаться на достигнутом. В том же 1871 году французы прибрали к рукам Ливию и оккупировали Кипр.
Если африканская провинция Порты никого особо не волновала, то из-за острова начались структурные изменения в европейской политике. Османы не смогли оказать никакого сопротивления, потеряв свой устаревший флот в первом же сражении. Гарнизоны Триполи и Бенгази капитулировали практически без сопротивления. А вот на Кипре полыхнуло неслабо. Масла в огонь подлили греки, поднявшие восстание, превратившееся в резню мусульманского населения.
