— Мои люди проделали большую работу, собрав интересную информацию о нынешних и возможных национальных трениях внутри империи. Проблемы разбиты на три категории — разрешимые, сложные и тупиковые, — царь вроде слушает внимательно и даже приготовил блокнот для записей, что является хорошим знаком, — Предлагаю начать с Закавказья, где я недавно побывал и внимательно изучил обстановку. Самое интересное, что проблемы намечаются отнюдь не с мусульманами, а их христианскими соседями.
Александр никак не прокомментировал моё вступление, поэтому решаю продолжать.
— Мне крайне не понравилась обстановка в Грузии. Понятно, что речь идёт о тамошнем высшем свете и образованной части публики. Не хочу напоминать, что русские фактически спасли этот народ, находившийся на грани уничтожения. Сейчас это мало кого волнует, но именно под нашей защитой грузины утроили численность. Также мирная жизнь позволила сформировать целую прослойку интеллигенции, начавшей оказывать большое влияние на местное общество. И многие идеи, которые получили распространение среди грузинской знати и общественных деятелей — не в пользу России.
Особенно бурно местные отреагировали на новую систему образования. Часть грузинской публики хочет не только школьного образования на родном языке, но и открытия Тифлисского университета. Поэтому внедряемая реформа их крайне раздражает.
— Вы же сами продвигали новую систему образования, граф, — усмехнулся император, — А теперь заявляете, что она стала яблоком раздора для целого народа, в чьей лояльности я никогда не сомневался.
И о каких настроениях, направленных против власти, идёт речь?
— Разрешите вернуться к реформе образования немного позже? — после кивка Его Величества, продолжаю доклад, — Основная идея, овладевшая умами грузинской элиты — восстановление Георгиевского трактата[20], как базового документа во взаимоотношениях между Россией и Грузией. То, что он был нарушен царём Картли-Кахетии и фактически утратил силу, никого не останавливает. Грузинская знать желает полной автономии, оставив за империей внешнюю политику и армию.
Ещё есть какие-то странные идеи о бюджете, но я в них запутался. Если кратко, то господа хотят править сами, а Россия должна их защищать и кормить. А некоторые радикалы уже шепчутся о Великой Грузии с претензией на часть армянских и мусульманских земель. Правда, их всерьёз не воспринимают."
"Глаза Александра полыхнули чем-то недобрым. На фоне его одутловатого лица с вечными мешками под глазами выглядело это неприятно.
