А ещё рядом с телегой располагался высохший ручей и несколько крупных камней, за которыми было легко укрыться. То, что это засада понял и Фредди, но его крик остался без результата. Второй фигурант поджёг бикфордов шнур и быстро нырнул за камни.
Вспышка и далее ощущаю дикую головную боль, лёжа на спине, пытаюсь вздохнуть, и не могу. Темнота.
Глава 17
— Спасибо вам, Николай Иванович, — с трудом произношу благодарственные слова, — Если бы не вы…
— Полноте, граф, — машет руками русский гений, — Вот благодаря вашей деятельности удалось спасти тысячи жизней русских солдат.
Думаете, что я не знаю, кто за свой счёт поставил в армию сотни мобильных госпиталей, тысячи пудов лекарств и перевязочных материалов? А сколько докторов и санитаров завербованы на ваши средства? Молчу уж про это новое чудо-средство, которое сродни живой воде. Я же просто случайно оказался рядом и сделал свою работу. Поверьте, в расположении армии хватает талантливых хирургов, которые умеют оперировать не хуже меня.
И опять надо сказать вам огромное спасибо за организацию кафедры, где я преподавал и готовил военных медиков.
Пару дней назад я почувствовал себя более или менее нормально. Ранее сознание приходило временами и произвольно меня покидало. В общей сложности мне пришлось проваляться в беспамятстве пять дней. Сложная контузия, ещё и многочисленные осколочные ранения, наслаивались на сломанную ногу. Лошадь подо мной убило мгновенно, и я не успел с неё спрыгнуть.
Вот теперь лежу в небольшой усадьбе под Никополем, которую тщательно охраняют мои люди. Фредди тоже получил лёгкие ранения, но не обратил на них внимания и сразу развил бурную деятельность по моему спасению с последующей поимкой заказчиков нападения. Сначала немец доставил меня в ближайший госпиталь, где, по счастливой случайности, оказался Пирогов. Собственно Николай Иванович спас меня, как и ещё трёх раненых бойцов. Печально, что двое охранников погибло. Понятно, семьи получат пенсии, и я позабочусь о сиротах, дабы они получили достойное образование или профессию, но людей это не вернёт.
Что касается Пирогова, то он лично наблюдал за мной пять дней и только потом разрешил переехать в усадьбу. Здесь за мной следил специально нанятый санитар, менявший повязки и выносивший продукты жизнедеятельности. И вот через неделю усадьбу посетил великий врач, осмотревший мои раны и констатировавший, что пациент идёт на поправку.
