И ещё — откуда они взяли столько денег и агентов в России? Пожертвований эмигрантских кругов на это явно недостаточно. В нынешней Европе хватает польских обществ — и не все они радикальные — которым также помогают богатые беглецы.
Падлевский стойкого партизана из себя не строил. Немного плевался и шипел угрозы в мой адрес, но на вопросы отвечал. Дяденька из профессиональной семьи мятежников, так что его ненависть к России вполне закономерна. Здесь ещё сыграла свою роль новость о смерти его любимого младшего братца Зыгмунта и моём участии в этом богоугодном деле.
Пан с гордостью заявил, что именно он выбрал первоочередную цель для нападения боевиков «союза». К Шувалову у эмигрантов тоже хватает претензий, уж очень неплохо тот руководил Северо-Западным Краем. Фон Кауфман сейчас на Кавказе, и достать его проблематично.
Чехович нёс такую лютую ахинею, что я засомневался в его адекватности. Он производил впечатление одержимого бесами. Только роль потусторонних посланцев выполнял набор бредовых идей.
Если борьбу за независимость Польши я могу понять, но вот остальное! Ощущение, что человек понадёргал идей у разных революционных проповедников типа Маркса, Прудона, Дежака и подобной погани. В итоге у Зыгмунда в голове образовался полный винегрет, и он толком не может объяснить, за что борется и в какие идеалы верит. При этом у пана достаточно средств, которые тот загодя вывез из России и грамотно вложил во Франции. Спрашивается, зачем ты опять лезешь в политику? Тебя уже один раз взяли в плен, по очередной дурости наших властей простили и даже разрешили уехать из страны.
Тем более, что вступать в откровенно террористическую организацию — весьма опасное и неблаговидное дело.
Бывшая Марцинкевич изрядно меня перепугалась, но старалась вести себя с достоинством. Чую, что эта змея многое не договаривает, но резать её на куски при Янке — глупая затея. Но слегка я мадам припугнул, и кое-какую полезную информацию она выдала. Именно при допросе Камиллы всплыла фамилия казначея организации Мацея Лесковского.
Сей интересный персонаж является кузеном убитого мною мятежника Станислава Лесковского. Тот, в свою очередь, был лучшим другом Болеслава Свенторжецкого, старшего брата Агнешки. Ненадолго на меня нахлынули воспоминания о сражениях и погонях во время восстания, но я быстро пришёл в себя. Сейчас не до ностальгии. Но одна мысль всё-таки засела в голове — хорошо, что среди захваченных террористов не оказалось моего родственничка.
