Привязав лошадь к кипарису, она двинулась к морю, время от времени оборачиваясь на окна виллы, чтобы ненароком не схлопотать пулю между лопаток. Однако в большом белом доме все было совершенно спокойно, и Полина, немного приободрившись, успокоилась.
По мере того как она подходила ближе, фигура неизвестного на берегу обретала все более определенные очертания. Это был немолодой уже человек, невысокого роста, с совершенно седыми волосами, в поношенном сером сюртуке и темных панталонах.
Он стоял, заложив руки за спину, и глядел на море. Казалось, ничто больше не волновало его.
Влажный песок скрадывал шаги, и Полине удалось подобраться к неизвестному почти вплотную.
– Месье Полан? – спокойно спросила она, стараясь унять бешено бьющееся в груди сердце.
Человек медленно обернулся. И в это мгновение мадемуазель Серова испытала самое большое потрясение в своей жизни.
Все разрозненные детали головоломки вмиг встали на место.
Теперь Полина знала все. Но самое главное, что и Видок, и она, и Алексей с самого начала оказались на неправильном пути.
Ибо человек, стоявший перед ней, не имел никакого отношения к сокровищам французской короны. Да и не мог его иметь. Ибо он сам был сокровищем, таким, перед которым меркли золото и камни, как, впрочем, и любые другие земные блага. Эти светлые глаза, которые спокойно мерили взглядом потрясенную до глубины души Полину, видели пожар Москвы и солнце Аустерлица, битву при Ватерлоо и уединенный домик на острове Святой Елены.
Они видели победы и поражения, почести и поношения, какие не снились никакому другому земному властителю. Тень целой эпохи уместилась в них, и этой эпохой был не кто иной, как император французов Наполеон Бонапарт.
Глава 33
Смятение чувств. – Человек и море. – Самый странный разговор в жизни мадемуазель Серовой
В голове у Полины творился невообразимый хаос.
Так вот что означала карандашная пометка на мятом конверте! «ИН» были не инициалами, а всего лишь сокращением от «император Наполеон». Письма из шкатулки начинались с обращения «Дорогая Эжени»… Бернардиной-Эжени-Дезире Клари звали первую невесту лейтенанта Бонапарта, ту, которую он позже отверг из-за Жозефины Богарне и которая сейчас является шведской королевой Дезидерией[21].
