– Отчего вы так уверены, что именно граф присоединится к большинству после вашей встречи, а не вы сами? Максим де Шевран – знаменитый фехтовальщик, другого такого не сыскать во всем Париже, если вы до сих пор не знали."
"Следует отдать Алексею должное: при этом, прямо скажем, убийственном известии в его красивом лице не дрогнул ни один мускул.
– Признаться, я и впрямь не знал, – сказал он с подкупающей откровенностью. – Но теперь все равно поздно отступать.
Старик вздохнул.
– Хорошие слова, юноша.
Как вас зовут?
– Алексис Каверин. Так вы согласны?
– Франсуаза, конечно, будет ждать меня сегодня, – спокойно проговорил старик, – и рассердится, если я не вернусь вовремя к ужину. Но, в конце концов, не в первый же раз. Договорились, сударь, я буду вашим секундантом.
Молодой человек учтиво поклонился.
– Благодарю вас, сударь. Вы и не подозреваете, какую услугу мне оказали.
– Ваша спица для обработки ребер при вас? – спросил старик.
– Простите? – удивился Алексей.
– Оружие у вас есть?
– Его должен доставить граф де Шевран.
– Тогда чего мы ждем? Едем в Булонский лес. – Старик махнул тростью, подзывая фиакр. – Кто знает, может быть, вам повезет, и он только ранит вас.
– Поживем – увидим, – отозвался Алексей.
– Вот именно, – согласился старик и снова неприятно рассмеялся. – А вот и свободный фиакр!
И в то мгновение, когда он произносил эти слова, на набережной показалось новое лицо – молодая особа женского пола в восхитительном платье нежно-сиреневого оттенка, которое заставило бы учащенно биться сердце любой модницы.
Что же касается внешности обладательницы платья, то если бы в 1836 году додумались производить статистические опросы, то восемь из десяти мужчин наверняка признали бы сию особу очаровательной, а оставшиеся двое – просто обворожительной. Тем более загадочным представляется тот факт, что при появлении незнакомки Алексей насупился и поглядел на нее недружелюбно. И даже – да, да, именно так! – со скрытым вызовом.
– Я вижу, вы нашли себе секунданта? – осведомилась молодая особа тоном добродетельной классной дамы, которая только что обнаружила у первой ученицы спрятанный под партой любовный роман.
Алексей вспыхнул. И, сердито ответил, косясь на пожилого господина, ожесточенно торговавшегося с кучером:
– Полина Степановна, прошу вас! Мы уже об этом говорили, и я дал вам понять, что нахожу ваши доводы неубедительными.
