Адора

— Э-э-это яд, ваше величество? Елена зло рассмеялась:

— Да ты никак стал умнеть, Зено? Ты выполнишь то, что я тебе приказала?

— Д-да, ваше величество.

— Тогда забирай флакон и катись отсюда! Зено неуклюже поклонился, положил бутылочку с ядом в карман и на ватных ногах направился к двери.

— Помни, Зено, — услышал он вдогонку страшный голос императрицы, — Месимбрия пока еще часть империи, и если что, я тебя из-под земли достану. Мои шпионы разбросаны по всему свету, так что тебе не убежать.

Оставшись одна, Елена дала волю своим чувствам.

Она рассмеялась так, будто только что произошло самое счастливое событие в ее жизни.

— Этот дурачок Зено выполнит все, что я ему сказала, — воскликнула она. — Он боится меня и, наверное, думает, что я — дьявол! Дурашка. Я рассчитаюсь с ним, когда дело будет сделано. Мне не нужны лишние свидетели.

На следующий день Елена уговорила мужа уехать домой, сославшись на то, что ей нездоровится. Они пошли попрощаться с хозяевами. Не найдя их во дворце, они отправились в сад.

Александр и Феодора были там. Коротко простившись, императорская чета стала собираться в дорогу. Однако Елена не смогла сдержаться и решила потешить себя видом пока еще счастливой Феодоры. Она вернулась в сад и спряталась за деревом. Феодора смеялась. «Интересно, как она будет смеяться через три месяца», — со злостью подумала Елена.

Два часа спустя после этих событий Елена и Иоанн стояли на палубе корабля, отплывающего в Константинополь. Елена смотрела на удаляющийся берег, на губах ее играла злая усмешка.

На этот раз ее сестра проиграла, и теперь уже навсегда.

В это же время Александр и Феодора сытно пообедали и отправились в спальню — немного отдохнуть. За недолгое время, что они прожили в Месимбрии, их новый дом заметно преобразился. Когда они въехали в него, он выглядел как обыкновенное жилище богатого и знатного вельможи, сейчас же он стал похож на загородный дворец императора, короля или князя. Эти перемены в его внешнем и внутреннем облике произошли во многом благодаря Феодоре.

Наружные стены жилища она приказала украсить искусной резьбой; внутренние стены обили шелком, в каждой комнате своим цветом. Потолки расписали вызванные из Италии художники, из Турции привезли дорогие ковры, а из Венеции множество разных зеркал, которые считались лучшими в мире. В каждом углу Феодора приказала поставить по золотому или серебряному подсвечнику на высокой ножке.