Адора

На следующий день Мануил выехал в Бурсу, ибо ночью пришло сообщение, что Мурад, вопреки ожиданиям, еще на некоторое время останется в старой столице своего государства. По дороге Мануила преследовали неприятные предчувствия. Ему все время вспоминалась печальная участь своего брата Андроника. Однако, несмотря на свои страхи, Мануил не свернул с пути и одним прекрасным утром предстал перед своим дядей. Тот, взглянув на Мануила, приветствовал его сердитым, но не злым голосом.

— Здравствуй, племянничек, — сказал он.

Мануил упал перед султаном на колени.

— Прости меня, мой господин! Я виноват перед тобой, но клянусь, отныне я стану твоим вернейшим слугой!

— За что же ты просишь прощения? — спросил Мурад.

— Я знаю, что ты сделал, молодой глупец: ты убил моего посланника и собирался поднять против меня восстание. Но я еще знаю, что причиной такого твоего поведения была женщина. Как же это неосторожно с твоей стороны, Мануил, — слушать женщину! Ты же знаешь, что со времен Адама женщина — это источник зла.

— Ладно, я не держу на тебя зла, — сказал он. — Твой отец говорил мне, что из тебя вышел бы неплохой правитель. Так вот, ты вернешься в Константинополь и станешь соправителем Византийской империи вместе со своим отцом. Естественно, что он будет главным, твоя задача — во всем помогать ему и не слушать никаких женщин. Я же постараюсь найти тебе жену. У князя Никейского еще не выдана младшая дочь. Говорят, что она загляденье!

Мануил поднялся с колен.

— Благодарю тебя, мой господин.

Мурад странно посмотрел на него.

— Увидим, — сказал он. — А пока иди и поблагодари свою тетку Феодору. За мое мягкое обращение с тобой ты обязан именно ей.

Мануил поклонился султану и отправился в покои Феодоры. Он застал ее полулежащей на мягких подушках. Она приветливо улыбнулась ему, когда он вошел, поманила к себе, чмокнула в щеку и сказала насмешливым голосом;

— Как, Мануил, ты побывал сейчас в логовище льва и остался жив?!

— Вы совершенно правы, тетя!

Он рассматривал ее с восхищением.

— Присаживайся, мой дорогой. Какой ты красивый! Мануил сел в мягкое кресло, а Феодора продолжала:

— Теперь, дорогой племянник, расскажи мне о том, как поживает твой отец, ну и, естественно, моя любимая сестра Елена.

— У моего отца все хорошо, а у мамы как обычно.