Адриано

Я ненавижу лежащего на земле парня.

Я знаю, что он собирался сделать со мной.

Но я никогда не видела, чтобы так жестоко обращались с другими людьми…

Даже мафиози.

И это приводит меня в ужас.

— Остановись, пожалуйста, остановись! — кричу я, дергая Адриано за рубашку.

Как только я до него дотрагиваюсь, он тут же останавливается.

Но он нависает над мужчиной, как Мрачный Жнец, тяжело дыша и глядя на искалеченное лицо парня.

Потом Адриано смотрит на меня — и вся его ярость мгновенно улетучивается.

— Ты в порядке?

— Да, — всхлипываю я, — только, пожалуйста… не бей его больше.

Адриано смотрит на лежащее на земле тело и оскаливает зубы.

— Он заслуживает смерти за то, что прикоснулся к тебе.

Я уверена, что именно это и произошло бы, если бы я не вмешалась.

А так парень никогда не будет выглядеть как прежде — и, возможно, еще несколько месяцев будет питаться через соломинку.

— Я знаю, я знаю, но… пожалуйста… не надо, — судорожно шепчу я, пытаясь оттащить Адриано, пока он снова не начал.

Его дыхание постепенно замедляется, и он кивает.

Он подходит к шлакоблокам, где прячет пистолет…

Снимает кусок газеты, в которую все завернуто…"

"И вытирает ею пятна крови со своих рук.

Затем он протирает весь револьвер, вероятно, чтобы удалить отпечатки пальцев…

И бросает его на избитое тело парня.

Наконец, он достает магазины и пистолет и засовывает их в карманы и заднюю часть джинсов.

Затем поворачивается ко мне.

— Мне нужно помыться… и, думаю, тебе нужно выпить.

Я ошеломленно киваю и позволяю ему вывести меня из переулка.

Глава 45

Адриано

Мы сидим в кабинке в захудалом дайв-баре.

Сейчас около четырех часов дня, так что кроме нескольких барменов в заведении никого нет.

Тем не менее, я не спускаю глаз с двери. Встреча с двумя наркоманами немного выводит меня из себя.

И, видимо, это до глубины души потрясает Бьянку.

Я заставляю ее пройти со мной в туалет, где смываю остатки крови с рук.

Затем я плачу за две рюмки коньяка и отношу их в кабинку.

— Выпей это, — приказываю я.

Она выпивает первую рюмку и начинает кашлять.

Я пододвигаю вторую на случай, если ей понадобится.

Цвет постепенно возвращается на ее щеки, но она по-прежнему молчит.

Я жалею, что она это увидела…

Но нисколько не жалею, что сделал это.

— Теперь ты в безопасности, — говорю я.

— Неужели? — спрашивает она обвиняющим голосом.

— Ну, есть еще те, кто убили Агрелла, но…

— Я не это имела в виду, — шепчет она, опустив глаза на стол.