Адриано

О чем речь?

— Энн Хэтэуэй надевает синий свитер и как бы отвергает моду… а Мерил Стрип говорит, что она не знает, что ее свитер не синий, а лазурный… и что Оскар де ла Рента сделал коллекцию лазурных платьев, а потом Ив Сен-Лоран сделал лазурные жакеты, а потом еще восемь разных дизайнеров использовали лазурный цвет в своих коллекциях… и миллионы долларов и тысячи рабочих мест были созданы благодаря работе Оскара де ла Ренты… и что мода влияет на всех, даже если они не осознают этого, потому что все это влияет на одежду, которую носят обычные люди.

Я хотела этого… Я хотела сделать что-то такое, что люди считали бы красивым и что в итоге повлияло бы на всех, даже если бы они об этом не знали.

— Ты решила это в восемь лет? — говорю я, пораженный.

Она смеется — красивый звук.

— Я даже научилась шить, потому что хотела сделать «вечерние платья» из старых занавесок соседей, которые они выбросили на помойку.

— Серьезно?

Она вдруг выглядит смущенной.

— Я знаю… это глупо…

— Это не глупо, а потрясающе. В детстве у меня не было выбора.

Предполагалось, что я войду в семейный бизнес, и я даже не задавался этим вопросом. У тебя была мечта в восемь лет, и вот ты воплощаешь ее в жизнь. Это просто потрясающе.

Она застенчиво поднимает на меня глаза.

— … ты так думаешь?

— Да, думаю.

— Но… вероятность того, что я когда-нибудь достигну такого уровня…"

"— Да, но я знаю вот что: Оскар де ла Рента не вышел из утробы матери, создавая лазурно-голубые платья. Он начинал так же, как и ты — с того же, что ты делаешь сейчас.

Она вздыхает.

— Да, но это трудно.

— Несомненно.

— Часть меня не верит, что это когда-нибудь произойдет.

Я пожимаю плечами.

— Когда все это закончится, может быть, я смогу свести тебя с кем-нибудь.

Она пристально смотрит на меня.

— Ты знаешь людей в индустрии моды?!

— Я знаю людей, которые знают других людей. Поэтому уверен, что смогу оказать пару услуг.

— Ты… сделаешь это для меня?

Я смеюсь.

— Детка, по сравнению с тем, что ты рискуешь своей жизнью, чтобы помочь мне, пара телефонных звонков — это ничто.

Это самое малое, что я могу сделать.

— Да, но… это больше похоже на то, что это ты помогаешь мне прямо сейчас. В поисках отца, я имею в виду.

— Мы помогаем друг другу.

Ее выражение лица такое, словно солнце вышло из-за туч.

— Не волнуйся, — говорю я. — Я позабочусь о тебе.

И я говорю серьезно, на все сто процентов.

— А как же я буду заботиться о тебе? — спрашивает она.

— Ты много заботилась обо мне вчера вечером и сегодня утром.