Адская рулетка

Наверно, человек, с которого снимают ондатровую шапку перед дверями родного подъезда на Пушкинской после успешной ночной поездки в Коптево, ощущает ту же досаду.

Да, расслабился. Просто не думал, что может получиться что-то похожее. Голова была занята совсем другими мыслями.

Можно ли было предположить, что вместо «дворца» Чуда-юда, до которого от аэропорта всего полчаса, максимум — сорок пять минут езды, я попаду в сырой подвал?

Впрочем, утром я еще не знал, что к вечеру окажусь в России, а не в Швейцарии.

Все, как это обыкновенно бывает у моего отца, решилось в самый последний момент.

«Труба зовет!» — кликнул он меня и Танечку, которая вдруг объявила себя Хавроньей Премудрой «в лягушачьей шкурке».

Именно с этого момента все и закрутилось.

«Вот что, господа, — сказал отец с очень пасмурным лицом, — в Швейцарию вы сегодня не полетите».

Я посмотрел на Таню, объявившую себя Хрюшкой. Мне еще предстояло решить, верить или не верить ее сообщению, а тут Чудо-юдо с новой вводной вылезает.

Подумал: сейчас скажет, что надо лететь в какие-нибудь джунгли Амазонки, африканскую саванну или не приведи Бог на Кавказ. Мол, там где-нибудь какие-то запчасти от Black Box`a или перстни Аль-Мохадов в продажу выбросили.

«В Москву придется заехать», — произнес он так, будто сообщал нечто ужасное и совершенно для нас неприемлемое.

У меня тогда появилось на роже недоуменное выражение. Я, правда, в зеркало не смотрел, но вполне мог себе представить, как выглядела моя морда.

Должно быть, на ней отразилось полное непонимание ситуации. Таня-Лена, наоборот, просияла. Именно в этот момент я почти поверил в то, что она действительно Хрюшка. Потому что у нее тогда вырвалось: «И Кольку с Катькой сможем увидеть?» Настоящая Танечка это сыграть не смогла бы, даже если б получила такой приказ. Я только успел подумать, что в отличие от нее Колька с Катькой радости от встречи не испытают. Маму они хорошо помнили, хотя бы по тете Зине.

«Да, сможете, — кивнул Чудо-юдо. — Но сначала вам придется немного поработать. С нашим Лопухиным плохо. Рана нагноилась, но это не самое страшное».

Я сразу понял, о ком речь, хотя фамилию Лопухин не слышал давненько. Вася, оператор ГВЭП, которого ранило осколком мины, выпущенной духами Ахмад-хана.

«А что, тут подходящего госпиталя нет?» — спросил я.