Адская рулетка

Вообще-то у Лисова на заимке имелся свой движок — дизель, снятый с рассроченного «ДТ-75», а также пара бочек солярки, но он им больше двух-трех часов в день не пользовался — дизтопливо экономил.

Зато дров он не пожалел ни на отопление наших комнат, ни на баню. Я, видимо из-за своего многонационального происхождения и появившейся за последние годы привычки к теплым морям и ваннам, баню не мог оценить по достоинству. Валет и Ваня, в силу их полной безэмоциональности, тоже. Зато Богдан, Борис и Глеб прямо-таки выли от восторга.

Получив от хозяина поздравления с легким паром, сели за стол, где получился обед, плавно переходящий в ужин. Выпили не много — две бутылки на семь человек. Но славно при этом закусили. И московскими деликатесами, и хозяйской рыбой, грибками, моченой брусникой.

Первая половина разговора посвящалась в основном делам глобально-политическим, о которых мы знали не так уж и много. Дмитрий Петрович, как мне показалось, знал не меньше нашего: хотя телевизора не имел, ежедневно слушал радио, тратя на него драгоценные ватты своего движка.

Поскольку наша мини-ГЭС уже вкалывала, мы настроили СППК на прием телепередач и даже смогли показать Лисову программу «Время» по ОРТ. Обсудили, всерьез ли болен Президент или прикидывается.

Ну а потом, уже в приподнятом настроении, почуяв, что общий язык найден, заговорили о деле.

— Мы ведь тебе, Петрович, — в поддатом состоянии я бы и английскую королеву на «ты» назвал, — один сюрприз привезли.

И я достал из кейса видеокассету, на которую был переписан фильм, отснятый сержантом Кулеминым.

— Это чего? — строго спросил Лисов. — Если похабство — прятай тут же. Мне вон свояк в Красноярске показал такую же — едва не блеванул.

— Нет, тезка, — я отрицательно мотнул головой и вставил кассету в приемник привезенной нами маленькой видеодвойки, — это не порнуха. Глянь, не пожалеешь!

Сначала на экране замелькали разные крестики, звездочки, полосы, а потом, сразу, без титров, появился Парамон Лисов…

— Эх ты ж, якуня-ваня! — вырвалось у внука.

 — Дедуня! Мать честная, как живой! Пестерь-то сейчас порвался, а ведь лежит на чердаке где-то. Лапти я размякал, а пестерь сохранился… Надо же… Да-а, теза! Это ж надо же!

Я остановил кадр на том месте, где Лисов ушел лицом из кадра и оставил только руку, указывающую на трехпалый перепончатый след.

— Видали такой камушек? — спросил я.

— Видал, — кивнул Лисов. — Ты все прокрути, тогда поговорим. Дед-то еще будет?

— Будет, раза четыре или пять.