– Стас, ты поосторожней там, без фанатизма, – предостерег друга Лев, когда они остановились неподалеку от дома, где проживала Юртаева.
– Ой, Лева, ты еще слезу пусти, как на проводах, – рассмеялся Крячко. – Я же не первый год замужем!
На двери был кодовый замок, но у полиции был пароль от него, и Станиславу попасть внутрь труда не составило. Подъезд, где предположительно устроили свое «лежбище» бандиты, ничем привлекательным не выделялся – обычный подъезд в обычном московском доме. Плохо было лишь то, что квартира Юртаевой располагалась на седьмом этаже: и с крыши штурмовать не слишком удобно, и, пока ОМОН по лестнице поднимается, его засечь успеют.
Еще хуже оказалось то, что дверь в квартиру оказалась металлической. С ходу выбить ее не получится, и это лишь осложняло задачу взять подозреваемых живыми.
– Открывайте, горэлектросеть! – начал барабанить в дверь Крячко, когда на первые несколько звонков никто не ответил. – У вас проводка коротит. Весь район без света оставите, потом не расплатитесь ни фига!
Из квартиры напротив выглянула старушка в засаленном халате и визгливым голосом доложила:
– Дома, дома она, вертихвостка.
Полчаса назад пришла. Опять с новым мужиком!
Дверь в квартиру Юртаевой приоткрылась, оставаясь запертой на цепочку. В щель выглянуло озлобленное кукольное личико.
– Баба Вера, заткнулась бы уже! – неожиданно низким голосом рявкнуло оно. – Тебя мои мужики не касаются! Сиди у себя дома и не подсматривай, а то без глаза когда-нибудь останешься.
– Вы посмотрите, как эта соплячка со мной разговаривает?! – возмутилась старушка. – Матери своей так похами!
Видимо, подобные перепалки между соседками были обычным делом. Некоторое время Крячко не обращал на них внимания, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь в квартире Юртаевой. На мгновение ему показалось, что внутри мелькнул силуэт мужчины. А еще Станислав явственно чувствовал неприятный запах, идущий из приоткрытой двери. Из квартиры Юртаевой пахло перегаром, сигаретным дымом и почему-то автомобильной смазкой.
– Тихо, девушки, ругаться потом будете! Я сюда работать пришел, а не бабские истерики слушать. Мне жены дома хватает! – заорал он, перекрывая женские вопли.
От неожиданности обе спорщицы замолчали.
– Вот так-то лучше, – довольно ухмыльнулся Станислав и дернул ручку двери, проверяя длину и крепость цепочки.
Ни то, ни другое его не устроило. Перерезать дверную цепь было абсолютно нечем, а оторвать ее вряд ли получилось бы.
