А поскольку доказать, что делали вы это организованной группой, будет несложно, вам, как хозяйке квартиры, восемь лет судья с удовольствием выпишет. К тому добавим сопротивление при аресте и покушение на жизнь сотрудников правоохранительных органов… Думаю, пожизненное вам, может, и не дадут, но лет двадцать за соучастие пропишут. Считать умеете? Или арифметику после двух отсидок позабыли?
– Погодите, гражданин начальник! – взвизгнула Юртаева. – Я же вам говорю, что об оружии ничего не знала, а когда Вовка стрелять начал, перепугалась и спряталась.
Ни при чем я здесь, ничего вы не докажете!
– Ольга Андреевна, дорогая, ну о чем вы говорите? – вальяжно откинулся на спинку кресла Лев. – Оружие было в квартире, принадлежащей вам, и хранилось с вашего разрешения. Отпечаточки ваших пальцев на одном из стволов точно найдут. А ваши подельники придумают байку, что просто доставили в столицу оружие, которое вы им заказали. Тут еще и организацию преступной группы можно будет добавить к предыдущим обвинениям. Думаете, дружки станут вас выгораживать?
– Да не дружки мне они! – выкрикнула Юртаева.
– Говорю, две недели назад попросили комнату сдать. На месяц. Откуда я знала, что все так обернется?"
"– А как они вас нашли? – поинтересовался Лев.
– Как-как? Как обычно находят. По объявлению, – огрызнулась Ольга.
– Где было объявление? Когда опубликовано? Какого содержания было?
– Объявление в Интернете было, не помню, когда и на каком сайте размещала. Писала, что сдам комнату, и телефон указывала. Вот и все!
– Значит, ваш приятель Алиев не в курсе, что у вас квартиранты проживали? – невинно спросил Гуров.
На несколько секунд Юртаева замерла, внимательно уставившись на него. Он почти физически чувствовал, как ворочаются мысли в ее кукольной головке, просчитывая варианты возможных ответов. Женщина поняла, что сыщику известно больше, чем она рассчитывала, вот только степень этой извещенности вычислить не могла, поэтому решительно произнесла:
– Без присутствия адвоката я больше говорить не буду!
Гуров не стал напоминать ей, что в начале допроса она отказалась от адвоката, молча протянул ей для подписи протокол и вызвал конвойного.
Несколько минут Ольга вчитывалась в аккуратный почерк сыщика, а затем быстро подписала листы, поднялась и в сопровождении конвойного покинула кабинет.
Лев сознательно не стал оказывать на женщину дополнительного давления. Он был уверен, что, сидя в одиночной камере, Юртаева будет прокручивать в голове все обвинения, выдвинутые им.
