– У тебя отличные парни, Алекс, – мечтательно произнес Дак. – С ними можно горы свернуть.
– Так и ворочаем, Джон. У тебя тоже ребята что надо.
Короткий диалог командиров групп прервал сигнал вызова на станции Дака.
– Я – «Ирбис»! – ответил американский полковник. – Так… Так… Понял тебя, возвращайся!
Отключив станцию, Дак доложил Тимохину:
– Копански нашел-таки тропу, в трехстах метрах отсюда, но подняться по ней смог только до ближайшей небольшой террасы. Далее подъем без специального снаряжения и страховки невозможен.
– Он и не нужен.
– Я отдал Копански приказ на возвращение.
– Слышал, – ответил Тимохин, напряженно вглядываясь через окуляры бинокля то в пост, то в сторону перевала. – Черт, и где же Шепель нашел проход? Как ни стараюсь, я его не вижу. А он на месте не сидит…
Час отсутствия Михаила, казалось, длился вечность. Одно успокаивало: обстановка в Тарвале оставалась спокойной, а значит, «духи» разведчика не обнаружили.
В 3.47 на позицию вернулся сержант Копански.
А в 4.20 с восточного склона, как всегда, неожиданно скатился майор Шепель – уставший, но довольный.
– Вот и я, а вы не ждали?
– Мы ждали, Майкл, мы очень ждали, – воскликнул Дак.
– Во, и Джошуа тут! Как наш перевал, сержант?
– Он неприступен, майор.
– Да что ты о перевале, Миша, – прервал Шепеля Тимохин, – ты о деле докладывай."
"– Докладываю. Прошел туда-обратно без проблем. В какое-то мгновение почувствовал, что часовой восточного поста заметил меня; пришлось залечь и далее выходить к вам, обходя балку, потому и вышел с востока.
БМП проверил. Машина в полном порядке, топлива полные баки, все системы работают как новые, боеукладка полная. Люки оказались открытыми. Днем, видимо, машину проверял механик-водитель – на его месте нашел зубочистку, свежую. Так что, Саня, теперь нам при штурме надо первыми добраться до БМП, завести ее, со стоянки разнести БТР и «КамАЗ» у складов, пройти рядом с холмом на улицу кишлака и сжечь остальную технику.
«УАЗы» и «ЗиЛ» можно просто раздавить к чертовой матери. И далее по плану рушить здания. Думаю, «духи» охренеют, когда их же БМП ударит по ним. И это создаст прекрасный фон для основного штурма. Не будь я майор Шепель, если среди талибов не начнется паника. А паника в стане противника – это уже почти победа.
Тимохин с чувством пожал руку подчиненного по службе и друга по жизни:
– Спасибо, Миша! Ты будешь представлен к награде.
