В детстве на уроке истории он слышал запись звуков, которыми киты общались друг с другом. Эти звуки чем-то их напоминали, вот только вымершие гиганты, населявшие когда-то океаны, были совсем не похожи на кожистых монстров, охотившихся на него здесь, на суше.
Он остановился, чтобы передохнуть, прислонился к покрытому инеем фонарному столбу. По городу пронесся протяжный визг, будто в электронный генератор звуковых сигналов вселился демон. Ему ответили еще несколько голосов, потом вопли растворились в завываниях ветра.
Уивер убрал револьвер в кобуру и выхватил из ножен на бедре нож для ближнего боя. Еще секунда понадобилась, чтобы подхватить свою ношу. Над его головой два небоскреба стояли, прислонившись друг к другу. От одного взгляда на них Уивер почувствовал себя неуютно. Они давным-давно должны были обрушиться.
В животе заурчало – он целый день ничего не ел. Уивер попытался сделать глоток из тонкой трубочки внутри шлема, но в рот попадал только воздух. Он отстраненно подумал: интересно, что именно его доконает, сирены или обезвоживание? Уивер поднес нож к щитку шлема и подумал, что можно положить конец всему прямо сейчас.
Но вместо того чтобы вскрыть артерию на шее или вены на запястье, он аккуратно счистил лед со стекла.
Обзор улучшился, все как будто стало больше, а улицы шире. На следующем перекрестке он повернул направо. Превратившаяся в руины улица уходила вниз и терялась в неком подобии тоннеля. Сверившись с картой, Уивер увидел, что под следующим кварталом есть подземный ход, который должен привести его к месту падения «Ареса».
Подбежав к краю откоса, он сел на корточки и вытащил бинокль. Но двигался он слишком резко, и снежный наст под ним провалился. Упав на спину, Уивер заскользил вниз. Он сумел откатиться влево, чтобы не напороться на железный прут, черным когтем торчавший из разбитой бетонной опоры. На заснеженном выступе его подбросило в воздух, бинокль вылетел из рук, и он грохнулся на обледенелый асфальт. Доспехи защитили от переломов, но удар был таким сильным, что ему показалось, что он больше не может дышать.
Спину пронзила острая боль, он попытался за что-нибудь ухватиться, но не смог и заскользил дальше вниз.
С крыши тоннеля свисали сосульки размером с человека. Дальше была только кромешная темнота. Уивер проскользнул под сосульками, еще немного проехал по льду и, наконец, остановился. Он со стоном сел и потянулся к спине. Доспехи его спасли, иначе он мог бы сломать копчик. Когда боль немного утихла, он осмотрел костюм.
