Адвокат киллера

Янтарь глаз плещется расплавленной лавой. – Ужасно забавно, когда рот выдает звуки, противоречащие мыслям человека. Эти слова будто трупы, которыми управляют на веревочках, но они так воняют, что собеседнику с обонянием становится плохо. И знаешь что? Пока ты не выдашь хоть что-то живое, мы не разойдемся.

Это угроза? Он решил достать из меня правду раскаленными плоскогубцами? Какая радостная новость!

– То есть я лгунья? Так ты думаешь?

Виктор ласково приподнимает мой подбородок двумя пальцами, сдувает прядь с лица.

– Я думаю… что у тебя красивые глаза, – шепчет он, – карий и синий… как небо и земля…

Я застываю.

Правда, меня потряхивает. И от выпитого, и от прикосновений мужских рук, но хлеще всего трясет от осознания, что я в ловушке. Виктор все знает. Он играет со мной.

– Ты боишься его, – улыбается Шестирко, не отпуская мой подбородок. Кажется, что его глаза вот-вот пронзят меня насквозь. – Но поверь, куда больше он боится тебя, потому что прежде всего он мужчина. И его желания контролировать сложнее.

Мне очень хочется ответить Виктору, используя его же оружие. Что в океане слишком много неизвестных существ, но прячутся они на дне. Что призывающий чудовищ платит кровью. Что утро наступает не для всех. Однако я не мастер философских изречений, поэтому говорю напрямую, хотя на самом деле слова срываются с моих губ неожиданно:

– Неужели вы считаете, что убийца – Лео?

– Нет, – усмехается он и ошарашивает: – Это ты так думаешь.

– Чушь!

Я случайно задеваю ладонью свой бокал, когда дергаюсь. Вино течет за барную стойку. К счастью, не на меня.

– Да? – Виктор вызывающе скалится и вновь опирается локтем о стойку. – Тогда давай сыграем в игру. Она тебе понравится. Убеди меня.

– Что?

– Докажи, что это не он. Добудь улики.

Прежде чем я открываю рот, подбегает бармен, вытирает алкогольную лужу на столешнице. Я сердечно извиняюсь. Он кивает.

"– Слушай, – бурчу, поправляя подол платья. – Возможно, я недоговариваю. Возможно, где-то лгу, но и ты ведешь себя странно. Так, будто это я помогаю киллеру убивать или состою в мафии, а сейчас морочу тебе голову. Я хочу лишь жить спокойно! А не затаив дыхание от страха. Поэтому я здесь. А не потому, что хочу охотиться за маньяками. Я здесь ради собственной безопасности, которую ты мне обещал.